Пять практик для развития решимости бодхичитты

Другие языки

Мы рассмотрели бодхичитту и то, что означает быть бодхисаттвой. Мы увидели, какое место занимает принятие обетов бодхисаттвы в развитии бодхичитты, разных этапов развития бодхичитты. И действительно важно понимать роль этих обетов, когда мы в действительности принимаем их. Многие из нас, возможно, приняли их несколько преждевременно, ещё не имея даже бодхичитты начального уровня мотивации. Но даже если мы пока ещё не думаем об абсолютно всех существах, ограничиваем свою мотивацию только некоторыми из них, тем не менее, очень полезно следовать этим руководствам для бодхисаттв. И даже если мы уже приняли обеты бодхисаттвы, всё равно очень важно продолжать работать над тем, чтобы зарождать и развивать бодхичитту, и не упрощать состояние ума бодхичитты – то из чего оно состоит, все эти факторы. И мы не только направляем свой ум – на начальной стадии развития бодхичитты, когда развиваем равное отношение, – направляем ум на всех существ. Мы также ещё и стремимся к достижению просветления, а для этого нам нужно знать, что такое просветление.

Когда мы действительно принимаем обеты бодхисаттвы? И как мы их принимаем? Мы принимаем их или на особой церемонии принятия обетов бодхисаттвы, или как часть тантрического посвящения. Я не буду вдаваться в различные типы посвящений – уполномочивающее посвящение, вторичное (последующее) посвящение и другие. Когда мы принимаем эти посвящения, мы также принимаем и обеты бодхисаттвы. И если мы практикуем высшие тантры или в традиции ньингма, или в новых школах: гелуг, сакья и кагью – и там, и там есть высшие тантры. Если это крия- или чарья-тантры, то и там тоже есть принятие обета бодхисаттвы. Если это йога-тантра, то мы принимаем и обеты бодхисаттвы, и тантрические обеты. И также тантрические обеты и обеты бодхисаттвы мы принимаем, если принимаем посвящение ануттарайога-тантры, это в новых школах, или в старой школе – махайога-, ануйога- или атийога-тантры, посвящения.

Великий учитель Сакья Пандита очень ясно сказал, что «без принятия обетов нет и посвящения». А чтобы принять обеты, нам нужно знать и понимать, что это за обеты и что мы делаем: в обратном случае мы их и не принимаем. Если мы присутствуем на тантрическом посвящении, но не понимаем, что на нём происходит: мы не знаем языка, на котором говорит учитель, например. А после церемонии кто-то говорит вам, что «вы уже приняли обеты бодхисаттвы и тантрические обеты». Важно себя не обманывать: мы обеты не приняли и посвящение не получили. Присутствуя на этом посвящении, мы получили то, что на западном жаргоне называют «благословением», или, если говорить более технически точно, «вдохновением от присутствия на этой церемонии». Но поскольку мы сознательно не принимали обеты, то мы не приняли это посвящение и у нас его нет.

Если мы принимаем таким образом посвящение, то есть посещаем мероприятие, не зная точно, что именно там происходит, то, хотя наше присутствие на этой церемонии и ничем не отличается от присутствия там домашних собак, которых многие тибетцы приносят на эти посвящения, которые, кстати говоря, посвящение не получают, – тем не менее, совершенно нормально, если мы будем читать те мантры или садханы, которые нам сказали читать на этом посвящении. Это нормально, если при этом у нас есть намерение в следующий раз, когда сложатся обстоятельства, мы примем это посвящение с обетами сознательно. И тогда это совершенно нормально. Просто главное – не быть претенциозным, не думать, что «я вот уже так многого достиг», хотя на самом деле мы не достигли.

Далее, для того чтобы принять обеты бодхисаттвы, сначала очень важно принять те или иные обеты пратимокши, то есть индивидуального освобождения, которые представляют собой основу, или фундамент, для принятия обетов бодхисаттвы. Мы можем принять их на уровне обетов мирянина-домохозяина – пять обетов мирянина; это могут быть начальные монашеские обеты или полные монашеские обеты. Обетов домохозяина, или мирянина, пять. Мы можем принять все пять, или четыре, или три, или два, или один – неважно. Важно принять хотя бы что-то, хотя бы на каком-то уровне. Если мы принимаем эти обеты, необязательно принимать все пять, нет такого обязательства. Это зависит от нас, и мы не обязаны объявлять о своём решении другим, включая учителя, в том смысле, что это необязательно: мы можем, но это не обязательно.

Эти обеты: не лишать других жизни – не убивать; не брать того, что не дано, другими словами, не воровать; не говорить и даже не показывать того, что неверно, другими словами, не лгать; не участвовать в неправильных половых отношениях – здесь слово «неправильные» или «неуместные» довольно сложное; и не употреблять опьяняющих, одурманивающих или, можно сказать, отравляющих веществ, и это относится как к алкоголю, так и к наркотикам, в том числе лёгким и к тем, которые употребляют для расслабления, такие как марихуана, кокаин и другие. Мы на английском называем их «наркотики для отдыха», то есть это означает, что мы принимаем их для того, чтобы развлечься и отдохнуть, а не как, например, когда врач вкалывает морфий пациенту для того, чтобы его вылечить. Например, мы можем употребить аспирин, чтобы снять головную боль.

Мы здесь не будем вдаваться в подробности относительно этих пяти обетов. Это цитата из «Письма c практическими советами по сутре и тантре» Цонкапы: «Когда мы вступаем в ту или иную буддийскую колесницу, нам необходимо принять соответствующие обеты нравственной дисциплины». Соответственно, если мы вступаем в умеренную колесницу хинаяну, то мы принимаем обеты пратимокши; если мы вступаем в обширную колесницу махаяну, мы принимаем обеты бодхисаттвы; и если мы принимаем посвящение высших классов тантры, то мы принимаем тантрические обеты. И далее Цонкапа продолжает: «В особенности, когда мы входим в тайную мантру, – то есть в ваджраяну, в тантру, – то, так как бодхичитта представляет собой абсолютную глубочайшую сущность всех путей махаяны, очень важно быть твёрдым в обетах бодхисаттвы».

То есть он говорит о важности принятия обетов бодхисаттвы и важности обладания бодхичиттой для практики тантры. И далее Цонкапа говорит о том, что достижения, которые мы приобретаем, когда у нас есть обеты бодхисаттвы и одновременно с этим тот или иной уровень обетов индивидуального освобождения, будь то обеты мирянина, или обеты новичка-монаха, или полные монашеские обеты, – в этом случае мы получим наибольшие достижения по сравнению с той ситуацией, когда мы имеем только обеты бодхисаттвы, но не имеем обеты пратимокши.

И далее Цонкапа говорит о том, что Будда очень ясно, когда учил об обетах, говорил: «Если бы были двое бодхисаттв, которые были бы равны абсолютно во всех отношениях, кроме одного, – в том, что один из них был бы домохозяином без обетов индивидуального освобождения, а другой был бы домохозяином с обетами индивидуального освобождения или монахом, то второй заслуживал бы большей похвалы; Будда сказал об этом очень однозначно».

Итак, нам нужно получить, лучше, если у нас будут те или иные обеты индивидуального освобождения в дополнение к обетам бодхисаттвы. И также, конечно, важна сама бодхичитта. И помните о том, что мы принимаем обеты бодхисаттвы уже на второй стадии развития бодхичитты – на стадии развития бодхичитты применения, то есть когда мы уже прошли через стадию устремлённой бодхичитты. И первая из этих стадий также подразделяется на две: это просто желание достичь просветления и обещание достичь его и не расставаться, не отбрасывать это намерение, пока мы не достигнем просветления.

Когда мы развиваем стадию принятия обязательства, что может проходить на отдельной церемонии, например, Его Святейшество Далай-Лама даёт эти обеты бодхисаттвы после того, как проводит церемонию сначала принятия обещания удерживать намерения бодхичитты и церемонию, когда мы развиваем желание достичь просветления, – и на стадии, когда мы даём обещание достичь просветления, на стадии бодхичитты обещания, мы обязуемся практиковать пять упражнений. Из них четыре относятся к тому, чтобы мы не ослабляли наше намерение бодхичитты в этой жизни, и последнее, пятое упражнение касается того, чтобы мы не отбрасывали этого намерения в наших следующих жизнях. Здесь имеется в виду, что мы не делаем того, о чём указано в этих пунктах, то есть эти пункты представляют собой то, что нам не следует делать, и мы упражняемся в обратном.

Это означает, что к тому времени, когда мы принимаем обеты бодхисаттвы, мы уже занимаемся выполнением различных упражнений, уже следуем определённой дисциплине, и не только обетам индивидуального освобождения, но и упражнениям для поддержания бодхичитты намерения, или устремлённой бодхичитты. Что это за упражнения?

Первое из четырёх упражнений, которые относятся к поддержанию бодхичитты в этой жизни, другими словами, что нам нужно делать, чтобы наша бодхичитта оставалась твёрдой, крепкой, чтобы она не ослабевала? Первое из этих упражнений – это каждый день помнить, размышлять о преимуществах, о благах бодхичитты. В тексте «Начиная практику поведения бодхисаттвы» Шантидевы в первой главе приводится длинный список этих преимуществ. Если мы будем читать этот список каждый день, это принесёт много пользы. Но даже если мы каждый день в качестве нашей повседневной, ежедневной практики не читаем этот текст, тем не менее, мы можем вспоминать об основных моментах. Мы развиваем желание достичь этой цели, и мы понимаем, что нам нужно для этого сделать, и мы обладаем уверенностью в том, что достичь этой цели возможно, что мы можем достичь просветления и помочь всем существам.

И работая на этом уровне, с такой мотивацией, мы стремимся не только к тому, чтобы преодолеть свои собственные недостатки и ограничения, хотя это тоже необходимо, но мы работаем для того, чтобы помочь каждому существу достичь просветления. И даже если мы думаем только о мирских ценностях, например о том, чтобы другие хвалили нас, ценили и так далее. Шантидева говорит: «Если даже такой поступок, как поднесение пищи существам, всего нескольким голодающим, которые спаслись, например, от землетрясения, если даже такой поступок заслуживает похвалы, то какой же похвалы тогда заслуживает намерение привести всех существ к непрекращающемуся счастью?»

Понимая преимущества такого образа действий, мы будем неустанно работать для достижения просветления. Я здесь имею в виду не то, что мы не будем в конце дня уставать, но то, что мы никогда не устанем снова и снова продолжать работать для достижения этой цели, не будем испытывать уныние и у нас будет всегда сила, для того чтобы дальше и дальше продолжать практику. И это работает и как очень мощное противоядие против разрушительного поведения, против «поведения идиота», когда мы думаем, что «если мы стремимся и работаем для того, чтобы помочь принести пользу всем существам, разве можем мы в этом случае действовать разрушительно, разве можем мы вести себя глупо?» Есть множество преимуществ, множество благ бодхичитты, о которых мы можем напоминать себе ежедневно. Мы именно стараемся что-то делать, мы не только даём обещания, но и на основе этого обещания мы действительно предпринимаем те или иные действия, мы практикуем.

Второе упражнение: мы каждый день снова и снова зарождаем или усиливаем бодхичитту, три раза днём и три раза вечером, принимая её от всего сердца. Это означает, что мы не просто бездумно три раза повторяем те или иные строки. И если мы повторяем строки на тибетском языке или если мы повторяем их на нашем языке, в любом случае это не должно быть бездумным. То, что мы будем произносить их на своём языке, вовсе ещё не защищает нас от того, что мы будем это делать бездумно, автоматически, когда мы просто говорим «бла, бла, бла», произносим какие-то слова, но при этом в нашем уме кроме этих слов ничего не появляется. Это означает, что мы каждый день действительно зарождаем в себе все те факторы, которые ведут к развитию бодхичитты, проходим через этот список, через этот перечень размышлений о том, что все существа равны, о том, что все они были нашими матерями. И в этом случае, если мы прилагаем к этому какие-то усилия, наша бодхичитта будет поддерживаться, не ослабеет.

Хотя есть стандартные практики, стандартные строфы, строки, которые мы можем произносить каждый вечер и каждое утро, где говорится о том, что мы развиваем желание бодхичитты, но, пожалуйста, если вы читаете их, важно не оставлять их на уровне «бла-бла-бла». И давайте не будем обманывать себя: это не так-то просто, если мы занимаемся этим каждый день, особенно по вечерам. Это требует от нас определённых усилий, не так ли?

Третье упражнение – укреплять наши сети (системы) положительной силы и глубокого осознавания – то, что обычно переводят как «накопление заслуги и мудрости». Другими словами, когда мы развиваем устремлённую бодхичитту – желание достичь просветления, это означает, что мы не только оставляем это на уровне пожеланий, а что мы действительно делаем что-то, что мы помогаем другим и таким образом развиваем наши две системы положительной силы и глубокого осознавания.

Это означает, что мы не просто сидим в своей комнате для медитации и там желаем всем блага, но, когда у нас действительно просят о помощи, мы говорим: «Я слишком занят, меня не нужно беспокоить», – а мы на самом деле помогаем им. «Помогаем настолько, насколько мы можем» – это означает, что мы не обещаем больше, чем мы можем, мы реалистично подходим к своим собственным способностям. И в частности, Шантидева говорит об этом: что «не обещайте больше, чем можете». Выражение, которое обычно используется – мы говорим всем существам: «Будьте моими гостями на банкете просветления». Шантидева говорит об этом в очень поэтическом стиле. И это означает, что мы стремимся принести благо абсолютно всем живым существам и таким образом приглашаем их в качестве своих гостей, то есть мы не расстаёмся с намерением приносить пользу каждому. И вот когда я достигну просветления, тогда я действительно смогу помочь им. Это немного другой момент, чем когда мы говорим о том, что бодхисаттва, который находится на низших ступенях, на первых ступенях практики бодхисаттвы не должен пытаться делать то, что предписывается делать бодхисаттве на высших стадиях. Поэтически это передаётся так, что «лиса не может прыгнуть так же высоко, как лев».

И Шантидева говорит о том, что важно исследовать себя на предмет того, можем ли мы действительно выполнить какое-то обещание, перед тем, как его давать. Например, нам не следует обещать, что «я переведу на русский язык весь Кангьюр», там, если мы на самом деле не можем этого сделать. Не нужно давать обещания, которые мы в течение какого-то разумного времени выполнить не сможем. Но это другой момент, нежели то, что мы, тем не менее, собираемся принести пользу всем существам. И мы прилагаем как можно больше усилий к тому, чтобы развивать систему положительной силы, помогая другим, и развивать систему глубокого осознавания, медитируя на пустотность на том уровне понимания пустотности, которое у нас есть. И почему мы это делаем? Потому что мы хотим в конечном счёте достичь просветления на благо всех существ, то есть мы делаем это, укрепляя свою бодхичитту, не давая ей ослабнуть.

И четвёртое упражнение – что мы помогаем другим или, во всяком случае, имеем желание помочь им, вне зависимости от того, насколько сложно нам может быть с этими людьми. То есть бодхичитта – это когда мы желаем помочь абсолютно всем людям или существам вне зависимости от того, насколько тяжело нам приходится. Конечно, мы можем перенести это и на комара, который летает вокруг нашей головы, когда мы стараемся уснуть. Мы говорим ему: «Товарищ Москит, я буду продолжать стремиться привести тебя к просветлению, потому что в прошлой жизни ты был моей матерью». Это довольно продвинутая стадия практики, не так ли? Но, во всяком случае, мы можем пользоваться этим отношением, когда мы с другими людьми.

Я могу привести пример из своего собственного опыта. В Германии есть одна женщина, у которой тяжёлая стадия шизофрении. Она в довольно плохой форме, но она отказывается идти к профессиональному психиатру. Она обращается в различные Дхарма-организации и к буддийским учителям, чтобы они помогли ей. И она не признаёт, что у неё шизофрения. И в частности, она очень привязана ко мне, она всё время звонит и присылает электронные письма. И её уже выгнали из разных буддийских организаций, потому что, когда она приходит, там возникают сложности в отношениях с другими людьми. Когда она звонит мне, я очень чётко говорю ей, что «я не могу вам помочь, это вне моих способностей, вам нужна профессиональная помощь». То есть у неё уже настолько расстроен ум, что дать ей какую-то мантру, просить повторять – это ей совершенно не поможет, это было бы странно. В моей ситуации было бы очень просто, когда она звонит, просто повесить трубку или сказать ей, чтобы она больше никогда не звонила. Но у нас здесь в четвёртом упражнении говорится, что, даже если мы не можем помочь, мы, во всяком случае, сохраняем желание помочь. И я действительно хочу ей помочь, хотя и не могу, я не просто выбрасываю её в мусорный ящик. Конечно, это требует большого терпения и толерантности, но это именно то, над чем мы работаем здесь в этом упражнении. Так как я не выгоняю её, чтобы она шла ещё куда-то, где-то там обреталась, это уже хотя бы какая-то польза. Но при этом я и не претендую на то, что я могу ей помочь, потому что на самом деле я не могу.

Вот четыре упражнения для того, чтобы наше намерение бодхичитты не ослабевало в этой жизни. И пятое упражнение предназначено для того, чтобы наша бодхичитта не ослабевала в будущих жизнях. И это четыре набора двух противоположных моделей поведения. То есть имеется в виду, что мы стараемся воздерживаться от одного способа поведения и практиковать другой.

Первое – мы прекращаем обманывать наших учителей, родителей и Три Драгоценности: Будду, Дхарму и Сангху. Вместо этого мы всегда честны в отношениях с ними, в особенности если речь идёт о нашей мотивации, о желании помогать другим. В особенности очень важно правдиво относиться к своим родителям, то есть не лгать своим родителям, потому что они воспитывали, растили нас, когда мы были маленькими, беспомощными детьми, если, конечно, мы не родились из лотоса, как Гуру Ринпоче, но давайте быть более реалистичными. И так как родители добры к нам и в будущем, если мы будем рождаться, нам снова понадобятся родители, то мы стараемся не обманывать их, не поступать претенциозно, в частности в отношении нашей духовной практики, то есть не претендовать, что мы являемся кем-то, кем мы не являемся. И вместо этого мы честны с ними. И также это понятно и в отношении учителей. Мы не говорим им, что у нас есть то или иное постижение, хотя на самом деле у нас их нет, и мы не говорим, что мы делаем те или иные практики, которые мы на самом деле не делаем. И мы не обманываем Будду, Дхарму и Сангху, говоря, что мы движемся в том направлении, которое они символизируют, но на самом деле мы в нём не движемся, наша цель – это те или иные вредоносные вещи. Так как в будущем, когда мы будем продолжать путь бодхисаттвы и рождаться снова и снова, нам потребуется помощь наших родителей, наших учителей и Трёх Драгоценностей – Будды, Дхармы и Сангхи. Вот почему очень важно не обманывать их. И тогда в будущих жизнях мы будем продолжать духовный путь бодхисаттвы, и у нас эта бодхичитта будет поддерживаться в следующих жизнях в свежем состоянии.

Обеты бодхисаттвы и тантрические обеты отличаются от обетов пратимокши, потому что мы принимаем их до просветления, в то время как обеты пратимокши мы принимаем только на одну жизнь. То есть мы принимаем их до просветления, и даже если рождаемся тараканом, то эти обеты всё равно присутствуют в нас в спящем, или потенциальном, состоянии. Может ли таракан практиковать обеты бодхисаттвы? Нет, но, тем не менее, они у него в некоем состоянии присутствуют. И даже если мы родились человеком, то нам всё равно нужно освежать и принимать заново обеты бодхисаттвы. И это означает, что нам снова нужно полагаться на родителей, на учителей и на Три Драгоценности. И поэтому нам важно иметь честные, открытые отношения с этими людьми, например, для того, чтобы учитель в будущих жизнях не завёл нас в неправильном направлении, не воспользовался нами для своих личных целей, для того, чтобы родители также помогали нам и чтобы мы могли развивать бодхичитту и в будущих жизнях.

С родителями ситуация особенная, потому что далеко не всегда родители понимают и признают наш духовный путь, далеко не всегда они в восторге от этого. Речь не о том, что нам нужно рассказывать своим родителям все мельчайшие подробности нашей личной жизни. Нам не следует лгать, но это не значит, что нужно говорить абсолютно всё. И мы не обманываем их в отношении того, что касается помощи другим. Например, если уж мы пообещали, что мы будем выносить каждый день мусор, то мы его выносим, и если они спрашивают у нас о нашей духовной жизни, то мы также не лжём им: мы не говорим, что духовная жизнь для нас не имеет особого значения.

Вторая часть: мы не придираемся к бодхисаттвам, то есть в данном случае имеется в виду, что мы не относимся к ним отрицательно, мы не осуждаем их ошибки с гневом. Потому что до тех пор, пока мы не достигнем состояния будды, мы не будем точно знать, кто является бодхисаттвой. Противоположность в данном случае – это рассматривать всех других как своих учителей. Даже те, кто действует жестоко и неприятно, учат нас тому, чтобы мы сами не действовали таким образом. И здесь важно быть очень осторожным. И мы можем заявить, что это закон, и мы абсолютно можем пытаться его трактовать, не понимая относительности, которая здесь заложена. Здесь не имеется в виду то, что, если кто-то действует отрицательно, разрушительно, мы не останавливаем его. Если кто-то делает ошибку или действует разрушительно и у нас есть возможность остановить его, то мы делаем это – Будда всё время так делал. Основной смысл здесь в том, что мы не ищем чужие ошибки с гневом и не говорим, что « у тебя есть такие-то и такие-то недостатки, я тебя ударю». Если кто-то действует разрушительно и мы рассматриваем его как своего учителя, который учит нас не действовать так же, мы, тем не менее, хотим помочь ему, помочь перестать накапливать отрицательную карму и, соответственно, мы пытаемся его остановить.

Мой учитель Серконг Ринпоче – я не буду упоминать имена, был другой учитель, который давал своим ученикам практики, которые находятся за пределами их способностей, слишком продвинутые практики, – Серконг Ринпоче сказал, что «да, возможно, этот учитель делает это с мотивацией бодхичитты, стараясь помочь другим, но его методы не слишком искусны». То есть он отмечал, что тот делает это по ошибке. И он это говорил не самому этому учителю, а мне, своему студенту. Является ли это пустой болтовнёй? Нет. Что делал Серконг Ринпоче? Он не злился на этого учителя. Он учил меня тому, что, вне зависимости от того, есть ли у меня намерение бодхичитты и желание, соответствующее бодхичитте, – помочь другим, но важно не только это, важно ещё и учить правильными средствами.

Мы признаём, говорим, что тот или другой человек допускает ошибку. При этом мы делаем это без гнева, и если этот человек к нам открыт, то мы можем сказать ему об этом лично. Даже если это бодхисаттва, бодхисаттва в любом случае не будда и пока ещё не знаем полностью, какой лучший способ помочь другим. При этом мы просто скромно даём совет этому человеку, мы не претендуем на то, что наше мнение – это наивысшее, святое мнение. И здесь речь идёт о том, чтобы не указывать на ошибки с гневом, то есть здесь говорится о том, что у нас есть пренебрежительное отношение к этому человеку. Здесь не важно, указываем ли мы на ошибку другого человека, потому что он бодхисаттва, но просто недостаточно искусен в своих средствах, или мы указываем на ошибку человека, который вообще полностью омрачён. Основной смысл просто в том, что мы при этом не гневаемся. Так как мы предполагаем, что каждый человек может быть бодхисаттвой, который учит меня тому или иному, например избегать какой-либо способ поведения, то, уважая этого бодхисаттву, мы, соответственно, не испытываем гнева и таким образом мы не даём ослабнуть нашей бодхичитте в следующих жизнях.

В-третьих, нам не следует заставлять других сожалеть о чём-то конструктивном, хорошем, что они сделали. Вместо этого мы вдохновляем их на то, чтобы они были полезны и чтобы они действовали конструктивно. Если они восприимчивы к нам, то мы вдохновляем их на то, чтобы они работали над развитием бодхичитты, продвигались по пути помощи другим. Если кто-то делает что-либо созидательное, или конструктивное, например, занимается какими-то духовными практиками или следует духовному учителю, причём это не наш учитель, – нам не следует говорить, что «ты совершенно неправильно делаешь эти практики, или следуешь этому учителю, или ходишь в этот Дхарма-центр». Потому что таким образом этот человек будет сожалеть о том, что он это делал, может впасть в уныние и вообще не захочет продолжать. Мы поддерживаем этого человека, говорим, что то, что он или она делает, – это хорошо, конструктивно. Если этот человек восприимчив, то вы можете ему порекомендовать, что ему теперь следует делать, если нет – то нет. Они двигаются в направлении просветления, для этого им нужно действовать созидательно. И поэтому, если они что-то стремятся делать в этом направлении, если они что-то делают, то важно не заставлять их сожалеть об этом – это хорошо. Если кто-то жертвует деньги другому Дхарма-центру, а не нашему, то нам не следует критиковать такого человека, говоря, что он это неправильно делает.

И последний из этих пунктов – то, что нам не следует быть лицемерными и претенциозными. Под лицемерием здесь имеется в виду, что нам не следует изображать, что у нас есть какие-то качества, которых у нас на самом деле нет. Ханжество – когда мы скрываем те недостатки, которые у нас есть, и претенциозность, когда мы претендуем на то, что у нас есть достоинства, которых у нас на самом деле нет. То есть «претенциозность» – как раз, наверно, можно сказать «лицемерие», когда мы демонстрируем качества, которых у нас нет. Под ханжеством имеется в виду, что мы говорим другому человеку: «Не кури сигареты», – а сами потом уходим в свою комнату и там курим. То есть у нас есть тот недостаток, на который мы указываем в других, и мы его прячем.

Вместо этого, если мы хотим помогать другим, то нам важно быть честными и признавать, какие у нас есть ограничения: что мы можем сделать для них и что нет. Это очень, очень важно. И если вы помогаете кому-то – обычному человеку, практикующему или какому-то буддийскому учителю, не претендуйте на то, что вы некое святое существо. Очень многие люди, которые нуждаются в помощи, очень легко проецируют эти качества на того, кто им помогает. У них есть разные ложные надежды, они полны романтизма, и они идеализируют этого человека. И в конце они часто исключительно разочарованы и падают духом. Мы бы сказали, что они лишаются иллюзий. Даже могут сдаться, бросить практику. Если мы можем помочь кому-то, если мы учитель, нам, может быть, и не нужно раскрывать абсолютно все свои недостатки, но, когда это действительно важно, когда это относится к ситуации, помогая кому-то, мы признаём свои недостатки, говорим, что «я не знаю этого, я не могу сделать то-то», но при этом, признавая недостатки, мы говорим, что мы работаем над их преодолением. Потому что если какой-то человек нуждается в помощи, то ему очень важно учиться у учителя, который бы признавал таким образом свои ошибки.

Вот пять упражнений, в которых мы тренируемся, когда развиваем бодхичитту, в частности речь идёт о стадии принятия обязательства. Четыре из этих упражнений относятся к поддержанию бодхичитты, её не ослаблению в этой жизни. И одно, которое на самом деле разделяется на четыре части, относится к тому, чтобы не ослаблять бодхичитту в будущих жизнях.