Муара Джамби: Где именно в Индонезии учился Атиша

Другие языки

В 671 году н. э. китайский паломник И-Цзин на персидском корабле покинул порт Кантон, чтобы посетить Индию и изучать там буддизм. Смелость отправиться в столь опасное путешествие он черпал из воспоминаний о Сюань-Цзане, знаменитом монахе и переводчике, который умер за несколько лет до этого. Однако в отличие от своего соотечественника, И-Цзин не путешествовал по знаменитому континентальному Шёлковому пути. После того как в Византии начиная с 551 года начало развиваться шелководство, спрос на китайский шёлк упал. Кроме того, континентальный Шёлковый путь становился всё опаснее: начавшиеся в 7 веке арабские военные кампании заблокировали наземную дорогу через Персию. Из-за непрекращающихся войн в Центральной Азии между арабской династией Омейядов, китайской династией Тан, тибетцами и восточными тюрками, торговля между Китаем и Синдом (сейчас – одна из провинций Пакистана) прервалась. Купцам и китайским паломниками приходилось теперь путешествовать по морю через Малаккский пролив, который уже был одним из основных путей международной торговли.

Й-Цзин стал первым летописцем этого нового морского маршрута, который также вошёл в историю буддизма. В своих путевых заметках, которые в 1896 году перевёл с английского Джунджиро Такакусу, озаглавив перевод «Записи о буддийской религии, как её практикуют в Индии и на Малайском архипелаге (671 695 н. э.)», Й-Цзин сообщает, что после 20 дней в море он остановился в расположенном на острове неизвестном укреплённом городе, который он называет Фо-Че.

В укреплённом городе Фо-Че [жили] буддийские монахи числом более 1000, чей ум был склонен к изучению и хорошей практике.

Проведя девять лет в Наланде – городе, где находился самый большой монастырский университет буддизма махаяны своего времени (на территории современного штата Бихар в Индии), Й-Цзин дважды возвращался в это загадочное островное царство Фо Че, которое он также называет Сан-Фо-Ци и Мо-Ло-Йеу. И-Цзин пишет:

Они [монахи Фо-Че] исследуют и изучают все существующие предметы, точно так же как в Малом Царстве [Мадхья Деса, Индия].

Это говорит о том, что в Фо-Че преподавались такие предметы, как логика, грамматика и филология, медицина, искусство, а также метафизика и философия. В соответствии с записями И-Цзина, перед тем как вернуться в Китай в 694 году, он скопировал триста санскритских рукописей.

Где располагалось загадочное царство Фо-Че? Этот вопрос остаётся не решённым более 12 веков. В 1918 году французский эпиграфист Жорж Коэдэ наконец-то определил, что Фо-Че, или Сан-Фо-Ци, – это царство Шривиджая с центром в Палембанге (Суматра). В 1980-х годах археологические раскопки подтвердили, что речной порт Палембанга действительно был политической и военной столицей этого могущественного царства, обращённого к Малаккскому проливу, на соединении путей морской торговли между Индией, Китаем и Средним Востоком. Несмотря на обнаружение колоссальной статуи Будды на одном из холмов Палембанга, не существовало свидетельств, доказывающих, что здесь находился выдающийся центр буддийского образования, который Й-Цзин сравнивал с Наландой.

В 18 веке голландские служащие Ост-Индийской Компании посреди густого леса и горячего экваториального марева, примерно в 30 километрах от устья Батангхари, самой длинной реки Суматры, на севере от Палембанга, обнаружили огромное археологическую зону, покрывающую оба берега, – Муара Джамби (Муаро Джамби). Раскопки, которые начались в 1970 году под эгидой индонезийского правительства, установили, что эта важная территория, простирающаяся более чем на 2000 гектаров, включает 84 храмовых комплекса (на местном языке называемых менапо) из красного кирпича, соединённых замысловатой системой каналов. В ходе раскопок восемь из этих храмовых комплексов были извлечены из-под земли, вместе с несколькими статуями и множеством предметов китайской керамики, датируемых 9–12 веками. Но поскольку к настоящему времени обнаружено лишь несколько эпиграфов, свидетельствующих о письменной передаче знания, археологи по-прежнему не решаются напрямую говорить об «университете». Тем не менее, они признают, что обнаруженные комплексы – не храмы, а образовательные центры с двумя или шестью трибунами в каждом, защищённые от солнца и дождя черепичными крышами, лежащими на деревянных колоннах. Вокруг трибун на площадках, вымощенных кирпичом, должны были сидеть студенты-монахи.

На самом деле, по дизайну и устройству комплекс Муара Джамби очень похож на Наланду, где монахи жили в сгруппированных зданиях, укреплённых в соответствии с монашескими правилами винаи. Поэтому, скорее всего, под «укреплённым городом» Й-Цзин имел в виду комплекс Муара Джамбо.

Храм Тингги
Храм Тингги

Три с половиной столетия спустя другие путевые заметки подтвердили сказанное Й-Цзином. Они называются «Рассказ о встрече с мастером Серлингпой Чокьи Дакпой» и написаны от первого лица Атишей – выдающимся индийским буддийским мастером. Атиша родился в стране Захор (сейчас это место находится рядом с Даккой, Бангладеш) в 980 году в семье царя Кальяны, и его назвали принц Чандрагарбха. В подростковом возрасте он оставил царство и скитался по лесам и горам, чтобы получить знание от мастеров, живших в уединении и в монастырских университетах Наланда и Одантапури. Когда Атише было 29 лет, он получил буддийские монашеские обеты и имя Дипамкара Джняна – Тот, Чьё Глубокое Осознавание Подобно Светочу. В строфе 132 тибетской биографии Атиши (rNam-thar rgyas-pa, написана около 1355 г.) говорится:

Самым важным мастером Атиши был Серлингпа, также известный как Дхармакирти, он был очень известен. Атиша уже слышал об учении Серлингпы о сострадании и бодхичитте и был уверен, что Серлингпа был его драгоценнейшим учителем в бесчисленных жизнях.

Вместе со 125 учениками и группой купцов, искавших золото, Атиша вышел в море. Вот что говорится в его заметках:

Выражаю почтение Майтрее и Авалокитешваре! Я, бхикшу Дипамкара Шриджняна, путешествовал на корабле тринадцать месяцев, направляясь к ламе Серлингпе. Когда прошло пять месяцев, сын бога Индры послал сокрушительные штормы, чтобы помешать моей миссии бодхичитты. Он также появился в форме гигантской макары, чтобы остановить меня, и послал молнию. В то время я много медитировал на любовь и сострадание. В итоге шторм стих, и было видно, как шесть огромных молний остановились в небе, неспособные обрушиться вниз. Однако макаре удалось преградить наш путь. В то же время лютый ветер сделал наш корабль неустойчивым, подобно флагу на лютом ветру; его трясло, он качался, взмывал в воздух и погружался в океан. Четыре мачты в четырёх сторонах были опущены, и, чтобы корабль встал на якорь, были сброшены четыре огромных камня. Однако атмосфера стала ещё более пугающей: со всех четырёх сторон доносились ужасные звуки, после чего сверкала молния...

Через 14 месяцев морского путешествия Атиша пересёк Малаккский пролив. Он причалил к знаменитому Золотому острову – Супарнадвипе, как он называется на санскрите. Жорж Коэдэ определил, что это остров Суматра. Впоследствии этот тезис французского эпиграфиста подтвердили многие историки и археологи. Западные регионы Суматры действительно в то время были широко известны своими золотыми запасами.

Сегодня Муара Сабак, расположенный в устье реки Бантагхари, – всего лишь пристань. Океан ещё довольно далеко, по крайней мере два часа на лодке или корабле, но здесь суша заканчивается – там, где река разделяется надвое. Два рукава образуют круг с островом посередине, который обращён к Малаккскому проливу, защищая вход в реку. На этом речном острове находится национальный парк со множеством крокодилов и мангровых деревьев. Как говорится в описании Атиши:

Как только мы пересекли океан, я [Атиша] сразу пошёл к золотой ступе, которую некогда построил тибетский император. Именно там шесть учеников ламы Серлингпы практиковали самадхи. Ступа располагалась на западе от леса Суварнадвипы, на юге от приносящих радость лотосов, на востоке от Крокодила Кекеру. Я оставался там 14 дней, стараясь узнать о жизни ламы Серлингпы.

Многие описания из заметок о его путешествии указывают на то, что Атиша встретил Серлингпу и учился у своего самого близкого мастера именно в Муара Джамби. Например, там жили многочисленные монахи и преподавались превосходные буддийские тексты.

Затем я [Атиша] увидел бхикшуни, которые возвращались издалека, следуя за своим мастером. Они были хорошо одеты в три одеяния. У каждой в руках была ёмкость с водой и посох. Их было пять сотен и тридцать пять, и они выглядели благостно, как архаты. Мастера сопровождали шестьдесят два шраманеры. Всего их было пять сотен и семьдесят два монашествующих. Едва увидев это, я почувствовал себя так, как будто увидел Будду в окружении архатов. Какое это было приятное зрелище! ...

Затем мы пошли туда, где жил лама, в Дворец Серебряного Зонта, и сели… Когда мы устроились, лама, чтобы объяснить мне характеристики зависимого возникновения, начал учение с пяти занятий по «Абхисамая-аламкаре». Оставаясь в Дворце Серебряного Зонта, я продолжил практику слушания, сосредоточения и медитации. Лама Серлингпа наставлял меня на протяжении всей этой практики.

В 1025 году, после того как Серлингпа вверил ему свои учения, Атиша поплыл обратно в Индию, как раз перед тем, как на Шривиджаю напало южно-индийское царство Чола. Атиша остановился в монастыре Викрамашиле. В 1041 году его пригласил Еше О ( Ye-shes ‘od), царь Западного Тибета, чтобы Атиша восстановил принцип, согласно которому все аспекты буддийского учения – тхеравада, махаяна и ваджраяна – дополняют друг друга. Атиша прожил в Тибете 13 лет и умер в 1054 году. Самое известное его учение, «Светоч на пути к просветлению» (Byang-chub lam-gyi sgron-ma, санскр. Бодхипатха-прадипа), в дальнейшем послужило в Тибете основой для этапов пути ламрима как текстуального жанра, объединяющего основные положения всех наставлений сутр в последовательном порядке. У Атиши было много учителей, но во всех его жизнеописаниях говорится, что от одного лишь упоминания о Серлингпе его глаза наполнялись слезами. Атиша говорил, что всем хорошим, что у него было, он обязан своему мастеру с Золотого острова.

Храм Гумпунг
Храм Гумпунг

Почему Муара Джамби был забыт после 13 века, до сих пор остаётся загадкой. Некоторые учёные упоминают военную активность индуистского царства Чола в южной Индии. В том числе это царство хотело установить власть над прибыльным и стратегически важным Малаккским проливом. Однако нападение царства Чола, положившее конец власти Шривиджаи, произошло в 1025 году, а одна из самых красивых статуй, обнаруженных в Муара Джамби, статуя Праджняпарамиты, датируется 13-м или 14-м веком. Другие учёные предполагают, что царство Мо-Ло-Йеу, о котором писал И-Цзин и в котором располагалось Муара Джамби, было вассалом, конкурентом или «матрицей» царства Чола, и поэтому уцелело во время его военных кампаний и после свержения Шривиджаи начало быстро развиваться. В отличие от крупных индийских монастырей в штате Бихар, которые были разрушены во время нападения турецких и афганских войск, Суматра и весь Индонезийский архипелаг избежали мусульманского вторжения. Разграбление Муара Джамби, если оно вообще произошло, не может быть приписано исламу, который сейчас является основной религией в данном регионе.

На месте Муара Джамби сейчас находится мусульманская деревня. Дома в ней построены из дерева на сваях вдоль реки Батангхари. По территории храмовых руин простираются плантации какао и дуриана. Несколько молодых жителей деревни под наблюдением археологов время от времени принимают участие в раскопках. Они знают каждый камень, каждую насыпь красной земли, каждое дерево в лесу, где их родители останавливались в небольших хижинах, когда нужно было присматривать за опаданием дуриана ночью. Они могут показать несколько видов деревьев с полуострова Индостан, которые не растут больше нигде на Суматре, кроме леса Муара Джамби. Например, дерево капунг, или кембанг паранг (тиб. me-tog dam-ba-ka), чьи лепестки, похожие на мембраны и располагающиеся под корой, используют в Индии и Тибете для подношения цветов во время тантрических посвящений.

Археологам ещё не удалось раскрыть загадку этих 84 храмовых комплексов, окружённых стенами и каналами, многие из которых по-прежнему представляют собой руины и земляные насыпи посреди садов и плантаций какао. Местные жители называют их особым словом менапо. Напо на языке Муара Джамби означает «олень», а ме – «местоположение», «место». Во время ежегодных разливов реки Батангхари, когда деревня более чем на метр оказывается под водой, возвышения менапо, например арка Ноя, становятся «местом», где находят убежище дикие лесные звери. Сами молодые жители деревни убеждены, что 84 храмовых комплекса действительно были факультетами университета и что Муара Джамби был первым «зелёным» университетом махаянского буддизма в Индонезии. Располагаясь рядом с Индией и Китаем, территория кампуса включала влажные леса и там же располагались сад, библиотека, аптека и спокойное место для медитации.

Дварапала (фото: Жиль Массо)
Дварапала (фото: Жиль Массо)

Эти молодые ребята говорят: «Мы знаем, что суть буддизма – ставить других впереди себя». Они основали общинный центр и зелёную школу, Сарамуджу, чтобы, принимая участие в раскопках, самостоятельно исследовать древнюю историю этого забытого места и передать деревенским детям местную культуру и чувство уважения к окружающей среде. Совсем недавно они основали ещё больший общинный центр «Падмасана фаундейшн», чтобы сделать исследования более профессиональными, а также более доступными для других. Своим символом они выбрали Дварапалу – хранителя врат индуистских и буддийских храмов. Обычно его изображают в свирепой форме, но статуя Дварапалы, обнаруженная в храме Муара Джамби, по традиции вооружённая небольшим щитом и булавой, улыбается, а за ухом у защитника цветок.

Top