Разбор совершенства щедрости

Другие языки

Теперь давайте рассмотрим сами шесть далеко ведущих состояний ума. Первое из них – щедрость.

Далеко ведущая щедрость

Щедрость определяют как желание давать. Это состояние ума. Шантидева писал:

(V.9) [В конце концов,] если б даяния совершенство означало, что нищета существ-скитальцев полностью исчезла, то как же в прошлом Покровители добились совершенства в ней, ведь до сих пор скитальцы голодны?
(V.10) Как сказано, даянья совершенство – есть состояние ума, что жаждет всем отдать всё, что «моё», а также [отдавания] плоды. А значит, это состояние ума.

Щедрость не означает, что нужно отдать абсолютно всё, что у нас есть, и стать бедняками. Мы не считаем бедность добродетелью, как это, возможно, делают в других религиях. Речь идёт о готовности отдать без колебаний, беспрепятственно, в том случае, если это уместно. Нужно использовать распознавание. Не стоит давать пистолет тому, кто собирается из него стрелять: «Я щедрый – вот пистолет», «Вот деньги на пистолет», «Вот деньги, чтобы купить наркотики».

Даже если мы совсем бедны, у нас всё же может быть готовность отдавать, иначе бедные люди не могли бы развить щедрость. Поэтому, увидев красивый закат, мы можем быть щедры: «Пусть все наслаждаются этим прекрасным закатом. Пусть все наслаждаются этим замечательным видом. Пусть все наслаждаются этой чудесной погодой». Можно быть щедрым в отношении того, что нам не принадлежит, и того, что принадлежит. Это противоположность скупости: «Я не хочу делиться с другими – ни с кем и ни в каком объёме. Я хочу оставить это себе. Если я отдам, мне не хватит».

Однако, несомненно, нужно быть осторожными и не превращаться в фанатиков. Помогая другим, нужно есть, спать и так далее. Мы говорим в основном о том, чтобы делиться: мы не можем отдать всё, а потом умереть с голода. Конечно, если мы очень продвинутые бодхисаттвы – совсем другое дело, но это не наш уровень. На продвинутой стадии мы будем способны отдать свою жизнь, чтобы помочь другим, но не сейчас. Можно желать этого достичь, но, поступая так, не будучи готовыми, в большинстве случаев мы лишь разовьём очень отрицательное состояние ума, поэтому это не самая полезная практика. Мы не готовы покормить своим телом голодную тигрицу, как это сделал Будда в одной из предыдущих жизней.

Однако нужно быть готовым отдать своё тело другим в соответствии с тем уровнем, на котором мы находимся. Например, помочь в тяжёлой работе, не бояться запачкать руки и так далее. Или на самом деле спасти кого-то в опасной ситуации. И, конечно, отдать свои вещи, если они нужны другим, а также делиться так называемыми «корнями добродетели» (dge-ba'i rtsa-ba), то есть потенциалами положительной силы, которую мы создали. Приведу пример из своей жизни. Благодаря положительной силе, накопленной в прошлых жизнях, у меня много связей по всему миру, в том числе с великими учителями Дхармы и великими мастерами из Индии, и я делюсь этим с другими, а не пользуюсь этим только для себя. Если встречается подходящий человек, я рассказываю ему о Дхарме, используя созданный потенциал, чтобы принести пользу другим, а не оставляю всё это себе. «Пусть весь тяжёлый труд, который я вложил в обучение в Индии, принесёт пользу другим людям», – вот о чём я говорю. Открывать двери для других.

Даяние материальной помощи

Выделяют три или четыре вида щедрости. Первый из них – щедрость в отношении материальной помощи. Мы отдаём свою собственность: еду, одежду, деньги – всё, что у нас есть. Мы будем говорить об этом позже, но отдавать нужно, когда это приемлемо. Также можно отдавать то, что нам не принадлежит – что-то общее. Это не означает, что мы крадём. Речь идёт о готовности, например, убраться или помочь сохранить окружающую среду, чтобы другим было приятно, – это наш подарок для них. Опять же: «Пусть все наслаждаются замечательной погодой», и так далее.

Не нужно размышлять лишь с точки зрения материальных вещей. Кроме того, мы отдаём (как я говорил о даянии тела) наш труд, время, интерес, энергию, вдохновение – всё это означает быть щедрым.

Даяние Дхармы

Второй вид – щедрость в отношении Дхармы, готовность ей делиться. Это относится не только к обучению, переводам и расшифровкам учений, распространению книг, строительству ступ – это один из её аспектов. Сюда относится создание центров Дхармы и работа в них. Но также это ответы на вопросы других людей, предоставление нужной информации и тому подобное.

Кроме того, есть подношение самадхи (сосредоточения), как это делают в традиции сакья: мы подносим, отдаём другим всевозможные аспекты своей практики Дхармы. Мы используем всё, что читали или изучали, чтобы помогать другим. Подносим им всё накопленное знание, убеждённость в Дхарме, сосредоточение и тому подобное – есть целый список. Всё это относится к категории щедрости в отношении Дхармы и практики.

Даяние защиты от страха

Третий вид щедрости – предоставление защиты от страха. Разумеется, сюда относят защиту жизни существ: спасение животных, которых собираются зарезать, освобождение людей из рабства или птиц из клеток, спасение тонущих в бассейне мух и тому подобное. Необязательно спасать животных именно от смерти или мясника: также можно укрыть их от мороза или сильной жары. Если в квартире оказался жук, мы не выбрасываем его с пятого этажа, думая: «Ему это не причинит вреда». Если мы не хотим, чтобы он был в доме, можно вынести его на улицу, а не просто вышвырнуть в окно или смыть в унитаз, пожелав удачи.

Этот вид щедрости проявляется, когда мы успокаиваем других, если они очень напуганы, будь то наши дети или животное, на которое охотились. Мы стараемся их защитить. Увидев, что муха попала в паутину, мы её освобождаем. Это непростая тема, ведь можно возразить: «А разве мы тогда не жестоки к пауку?» Но я сомневаюсь, что мы будем стоять над его паутиной 24 часа в сутки и следить, чтобы он ничего не съел. Когда есть возможность спасти этих насекомых – хорошо, но не нужно быть полицейским, который присматривает за пауком. Отберите мышь, которую мучает кошка, и спасите её.

Это приводит нас к очень сложной проблеме – эвтаназии, особенно в отношении животных. Если кошка или собака очень страдают, усыплять их или нет? Можно ли их отдать (обычно мы не делаем это сами)? В любом случае, это непростой вопрос. С одной стороны, идёт ли речь о животном или человеке, вмешиваясь в естественный процесс смерти и переживания боли, мы препятствуем созреванию определённой отрицательной кармы в страдание. Если мы помешали, это существо в одной из будущих жизней всё равно это страдание испытает. С такой точки зрения это не очень мудро. Но с другой стороны, если можно каким-либо образом уменьшить боль, дать больному раком обезболивающее или что-то в этом роде, это кажется более приемлемым. Но проблема чрезвычайно сложная.

Бывает, что жизнь человека поддерживают приборы, хотя фактически он мёртв. Мне кажется невообразимым потратить миллион долларов, чтобы спасти недоношенного ребёнка. Как говорит Его Святейшество Далай-лама, одно дело, когда мы располагаем безграничными средствами: тогда можно потратить миллион долларов, чтобы поддерживать жизнь того, чей мозг, по сути, уже мёртв. Но другое дело, когда у нас нет достаточно денег, чтобы помочь тем, кто может поправиться. Так что многое зависит от обстоятельств. Это касается и вопросов, связанных с абортом, и тому подобных.

Здесь нужно избегать нелепых крайностей. Иначе мы можем прийти к абсурдному умозаключению: «Что ж, животное должно страдать, чтобы сжечь отрицательную карму, которая сейчас созревает, – и тогда мы никогда и никому не дадим лекарство: – Они должны пережить болезнь как последствия своей негативной кармы». Очевидно, речь идёт совсем не об этом, потому что мы даём лекарства людям и помогаем победить болезнь: если у них есть карма выздороветь, с помощью лекарств и прочего они поправятся. Конечно, мы даём им лекарства. Другой вопрос, если мозг человека почти мёртв: тогда нет надежды, что ему будет лучше.

Теперь об абортах. Если по разным причинам кто-либо собирается сделать аборт, может быть очень полезным то, что предлагает один священнослужитель из японской традиции дзен в Америке. Я не знаю, откуда она это взяла, поступали так традиционно в Японии или нет, но она делает очень полезную вещь: советует родителям (или матери, если отца нет рядом) дать зародышу имя, признав, что это было живое существо, и выполнить для него ритуалы: устроить похороны человека, который по определённым причинам не развился, сожалеть об этой ситуации и много молиться о хорошем перерождении в очень благоприятных обстоятельствах. Таким образом можно развить очень хорошее отношение к зародышу, который погиб во время аборта. Это представляется чрезвычайно полезным и для мужчин, но особенно для женщин, у которых после аборта могут появиться психологические проблемы и чувство вины.

Даяние беспристрастия

В тантре у дарования защиты других от страха есть более глубокое толкование, связанное с даянием другим своего беспристрастия. Другими словами, им нечего бояться, потому что мы открыты для всех: мы не будем цепляться за них с привязанностью, отвергать их с гневом и враждебностью или пренебрегать с наивностью. Поэтому они могут этого не бояться. Просто замечательно. Это огромный подарок.

Даяние любви

Кроме того, в тантре говорится о четвёртом виде щедрости – даянии любви. Это не значит, что нужно ходить и всех обнимать, но мы желаем всем счастья: согласно определению, любовь – это пожелание, чтобы другие обрели счастье и его причины.

Как правильно отдавать

Сегодня утром мы говорили о щедрости. Практикуя каждое из далеко ведущих состояний ума, мы пытаемся объединить их все. В далеко ведущей щедрости присутствуют все остальные парамиты:

  • Этическая дисциплина щедрости означает, что мы избавляемся от всех неправильных и недостойных скрытых мотивов.
  • С терпением мы не обращаем внимание на трудности, связанные с щедростью, и можем их перенести.
  • Отдавая, мы делаем это с удовольствием, а не из чувства долга – в этом практика радостного усердия в щедрости.
  • Умственная устойчивость – это сосредоточение на посвящении положительной силы, созданной нашей щедростью.
  • С помощью распознавания мы понимаем, что дающий (то есть, мы), принимающий (человек, который получает то, что мы даём) и объект даяния лишены истинного самосущего бытия со своей собственной стороны и зависят друг от друга: без принимающего нет дающего.

Часто мы практикуем даяние неправильно, и этого нужно избегать. Неправильным будет отдавать, надеясь произвести впечатление, чтобы другие посчитали нас благочестивыми, религиозными или замечательными. Неприемлемо, отдавая, ожидать чего-либо взамен, даже слова «спасибо», не говоря уже о том, чтобы надеяться таким образом действительно улучшить ситуацию человека. Случится ли это, целиком зависит от его кармы. Мы способны помогать, но не нужно рассчитывать при этом на успех или даже на благодарность.

Однажды во время сезона дождей в Дхарамсале в Индии я увидел мышь, которая тонула в канаве. Я вытащил её и положил на землю, чтобы она высохла. В это время прилетел большой ястреб и унёс её. То есть, даже если мы пытаемся помочь, всё зависит от кармы существа. Можно предоставить кому-нибудь все возможности, помогать им добиваться успеха, но они всё равно будут полными неудачниками. У меня был такой опыт. Очень важно не злорадствовать по этому поводу и позже не напоминать о том, что мы для них сделали и что им дали, и не ожидать, что они в ответ сделают что-либо для нас.

Также неправильная мотивация – отдавать из чувства долга: например, кто-то сделал пожертвование, и мы считаем, что тоже обязаны так поступить или даже должны дать, сделать ещё больше, чем они. Неприемлемо давать, руководствуясь чувством вины, желанием соревноваться и так далее.

Нашей единственной мыслью должно быть желание принести пользу принимающему, с точки зрения как временной, так и окончательной перспективы. И мы делаем всё, что можем, независимо от того, добьёмся успеха или нет: по крайней мере мы попытались.

Важно не просто абстрактно думать: «Да, я хочу помочь всем живым существам», и при этом даже не помогать вымыть посуду. Кроме того, важно не унижать людей, которым мы помогаем, давая с ощущением, будто это великая милость. Они оказывают нам услугу, принимая нашу помощь и позволяя создать положительную силу, которая приведёт нас к просветлению и позволит помогать другим. То есть, они делают нам одолжение.

Нужно помнить об этом, когда другие что-либо для нас делают. Многие настолько горды, что не принимают помощи или приглашения, когда, например, другие предлагают за них заплатить. Отказываясь, мы мешаем этим людям создать положительную силу. Между прочим, принимать приглашения и помощь, которую предлагают другие, если только это им не повредит, – это один из обетов бодхисаттвы.

Помню, однажды я путешествовал вместе с Серконгом Ринпоче и в Италии кто-то зашёл в его комнату, задал несколько вопросов, а перед уходом оставил конверт с подношением на столе возле двери. После этого Серконг Ринпоче сказал мне: «Это правильное даяние. Некоторые приходят и устраивают большое представление с личным вручением подношения, чтобы лама знал, кто сделал подношение, был этому человеку по-настоящему признателен и лучше о нём думал». Правильнее сделать это незаметно, анонимно, не устраивая грандиозного шоу, и поднести с радостью, приятным и уважительным образом.

И не заставляйте людей ждать: «Я дам, но вам придётся подождать. Я помогу, но завтра». Серконг Ринпоче всегда говорил, что находит кое-что очень неуважительным. Он был одним из наставников Его Святейшества Далай-ламы, и обычно множество людей приходили, чтобы с ним встретиться. Они дожидались своей очереди на террасе. Ринпоче считал нелепым, что они заходили в комнату и делали перед ним полные простирания. Он говорил: «Они только тратят моё время. Мне необязательно видеть их простирания: они делают это не для моей пользы. Нужно простираться до того, как зайти в мою комнату, чтобы потом просто войти и сразу сделать то, для чего пришли». Тибетцы обычно подносят ката (традиционные шарфы) и прочее. Мы тоже не должны устраивать спектакль, стараться произвести на других впечатление, давая им что-то или даже показывая своё уважение с помощью простираний. Это важно, когда ламы приезжают. Но от простираний получаем пользу мы, а не учитель.

Решив что-либо отдать, важно сделать это лично. У Атиши был помощник, который хотел выполнять все подношения вместо него (наполнять чаши водой и так далее), и учитель сказал: «Для меня важно делать это самому. Ты и есть будешь вместо меня?» Подносить нужно по возможности самим и потом не менять решение, не сожалеть об этом. Когда мы решили что-либо отдать, важно не отказываться от этой мысли, не сожалеть и не забирать ничего обратно. И сделав подарок, особенно если это деньги, после того как его уже приняли, нельзя настаивать, чтобы его использовали определённым образом. Например, мы подарили картину, а потом видим, что её даже не повесили на стену, и чувствуем себя задетыми. После того как мы что-либо отдали, это принадлежит не нам, а другому человеку.

Помню, в Дхарамсале был монастырь, где очень плохо кормили, и монахам там было непросто. Мы, люди с Запада, собрали денег и дали им, чтобы они купили себе более качественную еду и смогли лучше питаться. Конечно, как только мы отдали деньги, они потратили их на кирпичи для строительства более просторного и красивого храма. Многих это возмутило, и они устроили сцену: «Вы должны были купить более качественную пищу», и так далее. Однако смысл в том, что, если мы хотим, чтобы они лучше питались, нужно купить им еду. Дайте им еду – тогда им придётся её съесть. Не давайте денег: нужно быть немного умнее. И купите такую еду, которая им нравится. Для тибетцев это означает мясо, даже если многим западным людям кажется, что это не очень хорошо. Но покупать им соевые бобы, тофу – еду, которую они не будут есть и которая им не нравится, – неправильно, неуместно.

Например, встречаясь с Серконгом Ринпоче, я всегда приносил что-нибудь небольшое, а видел я его почти каждый день. Через какое-то время он отругал меня: «Зачем ты приносишь мне все эти ката и благовония? Мне не нужен этот мусор, – Ринпоче назвал это мусором, – Это ужасно. Все приносят мне этот мусор. Что мне делать с тысячью шарфов?» И он сказал: «Если хочешь что-нибудь принести, пусть это будет то, что мне понравится, чем я могу пользоваться». Я знал, что он любит бананы, поэтому стал приносить их. Делая подношение, принесите то, что нравится учителю.

Кроме того, важно отдавать качественные вещи, а не так: «Мне это не нравится, поэтому берите». Хотя с людьми, которые не хотят ничего брать, иногда приходится быть умнее: «Мне это отдали, но я не буду этим пользоваться. Пожалуйста, если оно вам нравится, возьмите, я не хочу это выбрасывать». Давая что-либо другим, нужно использовать искусные методы. Но поверьте, у лам достаточно благовоний: им не нужно 200 упаковок.

Определённые вещи подносить неприемлемо. Например, людям со строгим режимом питания нельзя давать еду, которая им запрещена: мы не предлагаем гамбургер вегетарианцу и не приносим торт тому, кто сидит на диете.

Если с нами хочет дебатировать человек, побуждаемый гневом, привязанностью, гордыней или пустым любопытством, неприемлемо вступать с ним в спор, давать ему буддийский текст и так далее. Мы учим Дхарме только тех и обсуждаем её только с теми, кто восприимчив. Если они невосприимчивы и хотят поспорить или унизить нас, то учить их, обсуждать с ними Дхарму неуместно. Это трата времени, и мы только поддержим отрицательное состояние их ума – враждебность. Мы учим людей, ум которых открыт, тех, кто хочет учиться.

Также важно учить в соответствии с уровнем человека: не вываливать на них весь океан наших знаний, чтобы показать, какие мы умные. Поэтому важно не давать слишком продвинутые учения, хотя в ряде случаев может быть полезным дать учения немного более сложного уровня, сделав их немного доступнее, чтобы слушатели могли попытаться их понять и почувствовали вдохновение трудиться ещё больше. Кроме того, если люди несколько надменны... Иногда Его Святейшество учит университетских профессоров в очень сложной манере, чтобы показать, насколько сложны буддийские учения, потому что они считают: «О, это примитивно».

Однажды я был с Серконгом Ринпоче в западном центре, где люди хотели, чтобы он дал учения по главе о пустотности из текста Шантидевы за два дня. Это совершенно нелепо, ведь на самом деле, чтобы её тщательно изучить, нужен, скажем, год. Вначале Ринпоче некоторое время учил на таком продвинутом уровне, что никто не понимал, о чём он говорит. Таким образом он показал, насколько самонадеянны они были, думая, что это простой материал, который можно полностью изучить за два дня. Они не попросили введения или обзора, а сказали: «Дайте нам учения по этой главе».

Таким образом, иногда, чтобы преподать людям урок, необходимо учить на более продвинутом уровне. Но обычно, помимо того случая, когда мы хотим их вдохновить, важно учить на уровне, который слушатели могут понять. Особенно если приходится учить много людей. Когда это делает Далай-лама, он учит понемногу на уровне каждого из присутствующих. И самое главное, большую часть внимания он уделяет очень продвинутому уровню, потому что на самом деле он учит великих лам, геше и кенпо, которые там присутствуют. Его Святейшество – единственный, кто находится на более продвинутом уровне, чем они, и может их учить, чтобы они потом объясняли это своим ученикам. Не нужно учить в соответствии с самым низким уровнем среди присутствующих, потому что таких людей могут учить другие. В подобной ситуации вы учите тех, кто находится на самом высоком уровне, и потом знания будут переходить дальше.

В тот раз Серконг Ринпоче объяснил всего несколько первых слов из главы (это была не вся глава) на таком продвинутом уровне, чтобы показать, насколько сложно каждое слово.

Очевидно, неприемлемо также давать людям яд, оружие и тому подобное, потому что они могут повредить себе или другим. Кроме того, важно давать те или иные вещи лишь тем, кому они нужны. Если люди в них не нуждаются и берут из жадности или привязанности, как дети, которые хотят есть шоколад весь день, то давать не следует. Они не должны смотреть телевизор днями напролёт. Таким образом, необходимо распознавание: что уместно, а что нет; когда давать приемлемо, а когда нет; кому имеет смысл дать, а кому нет. Трунгпа Ринпоче придумал замечательное выражение «сострадание идиота». Не думайте: «Я должен помогать всем и во всём», ведь иногда это неуместно и глупо.