Подробная медитация на драгоценную человеческую жизнь в традиции ламрима

Пабонгка (Pha-bon-kha-pa Byams-pa bstan-’dzin ’phrin-las rgya-mtsho) объяснял:

Даже если место для костра на стоянке было бы выложено чистым золотом, бедняк, не понимающий, что это на самом деле золото, не обратил бы на него внимания и оставил бы его, сворачивая лагерь. Поэтому он так и останется бедным.

Подобным образом, не осознав истинную значимость своей драгоценной человеческой жизни, мы будем воспринимать её как нечто само собой разумеющееся и не воспользуемся в полной мере теми богатыми возможностями, которые она предоставляет.

Восемь временных свобод

За исключением неосознавания и наивности, ничто не мешает нам следовать Дхарме в меру своих возможностей. Мы временно свободны от восьми ограничивающих ситуаций (mi-khom-pa’i gnas-brgyad), в которых у нас вообще не было бы возможности следовать Дхарме. Осознав, что у нас нет этих ограничений, мы по достоинству оценим имеющиеся у нас свободы и возможности, благодаря которым мы можем прожить эту жизнь осмысленно.

Нагарджуна перечисляет эти восемь ситуаций в «Письме другу» (bShes-spring, санскр. Suhṛllekha), 63–64:

Перерождение тем, кто придерживается искажённого, неприязненного воззрения, животным, голодным духом, обитателем безрадостных миров или перерождение в месте, где нет слов Победоносного, или варваром в диком пограничном регионе, или глупым и тупым,

Или богом-долгожителем – все [эти] перерождения являются восемью ущербными состояниями без свобод. Обретя свободы и расставшись с этими [состояниями], прилагай усилия ради того, чтобы избежать [дальнейших] перерождений.

[Похожий список Праджнякарамати (Shes-rab ’byung-gnas blo-gros) приводит в тексте «Комментарий к трудным местам “Вступления на путь поведения бодхисаттвы” [Шантидевы]» (sPyod-’jug dka’-’grel, санскр. Bodhicaryāvatāra-pañjikā), I.4.]

Четыре ситуации вне человеческого мира, в которых нет возможности следовать Дхарме

[1] Существа, заточённые в безрадостных мирах (адах), настолько подавлены чрезвычайно сильными страданиями от жара или холода, что у них совершенно нет возможности заниматься духовной практикой. Если бы кто-нибудь положил нам на голову раскалённый уголь и попросил сидеть прямо и как следует медитировать, это было бы невозможно. Наш ум и наши рефлексы были бы полностью направлены лишь на одну цель – немедленно убрать уголь. Следует задуматься о том, насколько нам повезло быть свободными от такого мучительного состояния.

[2] Подобным образом цепляющиеся духи (голодные духи) полностью поглощены мучительными голодом и жаждой. Если бы мы находились в охваченном голодом регионе и много дней подряд ничего не ели и не пили, то, даже если бы к нам пришёл святейший учитель и призвал нас заняться духовной практикой, мы были бы совершенно невосприимчивы и неспособны на практику. Нашей первой и единственной заботой было бы наполнить желудок.

[3] У ползающих существ (животных) крайне ограниченные умственные способности. Мы можем научить собаку забавным трюкам, но, если бы мы попытались научить собаку или осла чему-либо более полезному для них самих, например повторению простой мантры или развитию духовной мотивации, это оказалось бы за пределами их возможностей. Поэтому не следует смотреть на домашних животных как на источник развлечения. Вместо этого следует задуматься, насколько нам повезло больше, чем им, и насколько у нас больше свободы менять и улучшать свою жизнь. Если бы у нас на глазах были шоры, во рту – острые удила, нас бы запрягли везти тяжёлый груз, а наш интеллект и способность к общению позволяли бы нам лишь научиться топать ногой, когда нам что-нибудь нужно, какого прогресса мы бы достигли?

[4] Что касается рождения богом-долгожителем (lha, санскр. deva, бог), некоторые из них осознают своё состояние лишь в момент рождения, а затем вновь приходят в сознание только перед смертью. Всю остальную жизнь они находятся в бессознательном состоянии (dran-med), погружённые в чрезвычайно глубокие божественные трансы, словно в глубоком сне. Если бы мы провели всю жизнь в коме, разве мы могли бы что-либо делать? 

Другие божественные существа полностью поглощены обыденными удовольствиями. Когда-то у Шарипутры был близкий ученик по имени Кумарадживака (’Tsho-byed gzhon-nu), царь врачей, который был настолько искренне предан ему, что, даже если ехал верхом на слоне, при встрече со своим учителем немедленно спрыгивал на землю, чтобы поклониться и сделать подношения. После смерти он переродился в одном из божественных миров, исполненных божественных чувственных наслаждений. Однажды Шарипутра отправился в этот мир, чтобы навестить его и дать дальнейшие учения. Однако, увидев своего прежнего учителя, тот лишь помахал ему пальцем в знак приветствия и продолжил играть и бездумно развлекаться со своими прекрасными божественными друзьями.

Четыре человеческие ситуации, в которых также нет возможности следовать Дхарме

[1] Если бы мы родились варварами (kla-klo, санскр. mleccha) среди нецивилизованных дикарей или в стране, где религия запрещена, мы даже не знали бы о существовании учения Будды, не говоря уже о свободе его практиковать.

Более того, даже если бы мы родились в цивилизованной стране, где есть свобода вероисповедания и допускаются разные философские и духовные воззрения, но [2] учения Дхармы были бы недоступны, как мы могли бы их практиковать? И даже если бы мы попытались, как мы могли бы следовать им правильно?

Предположим, учения Будды доступны и мы родились в месте, где они процветают. Однако если бы [3] у нас были серьёзные нарушения умственного развития или мы были бы глухонемыми, то из-за этого у нас было бы гораздо меньше возможностей полноценно изучать и практиковать учения [в особенности до того, как учения были записаны, когда для их изучения необходимо было получить их устную передачу].

Однако самое серьёзное препятствие – [4] привычка инстинктивно придерживаться искажённого, враждебного воззрения (log-lta, санскр. mithyā-dṛṣṭi, ложные воззрения), например цинично и неуважительно относиться к духовным вопросам или быть совершенно наивными в отношении правильных учений о законах поведенческой причинно-следственной связи, о перерождении, альтруизме и так далее. Поскольку подобные ментальные препятствия сильнее всего мешают нам обратиться к духовной практике, Нагарджуна поставил их на первое место в приведённой выше цитате о восьми ситуациях, в которых нет возможности практиковать.

Некоторые люди считают, что в игре трудно собрать восемь предметов, и, если им это удаётся, гордятся своим умением. Но если нам удалось обрести все восемь временных свобод (dal-ba brgyad, санскр. aṣṭa-kṣaṇa) от этих ограничений, насколько же более благоприятно наше положение для принесения пользы себе и другим!

Десять богатств

Ничто не мешает нам прилагать все усилия для духовного развития, и более того, в нашей жизни также есть множество факторов, предоставляющих богатые возможности для изучения и практики. В «Уровнях ума шраваков (слушателей)» (Nyan-sa, санскр. Śrāvakabhūmi) Асанга перечисляет десять таких богатств (’byor-ba bcu, санскр. daśa-saṃpad, десять дарований):

Мы родились человеком; родились в центральной [земле]; обладаем полноценными органами чувств; не преступаем должных границ поведения; обладаем твёрдой верой в то, во что следует верить. Будда пришёл и преподал Дхарму; учения сохраняются; есть те, кто им следует; есть те, кто, сострадая другим, доброжелательно [их поддерживает].

Пять богатств, связанных с нашими личными обстоятельствами

Есть пять факторов с нашей стороны (rang-’byor lnga, санскр. pañca-ātmasaṃpad, пять личных дарований), связанных с возможностями, которые есть у нас в нашем рождении. Важнейший из них состоит в том, что [1] мы родились людьми. Благодаря этому у нас есть значимые преимущества – человеческий интеллект и способность к суждению. Они ставят нас в гораздо более выгодную позицию, позволяющую приносить пользу своему будущему, чем в любом другом перерождении.

Мы не только родились людьми, но и [2] родились в подходящем месте – в «центральном» буддийском регионе. Есть два определения центрального региона. С географической точки зрения центральный буддийский регион (sa-tshigs-kyi yul-dbus) – это область острова Розовых Яблок (’dzam-bu gling, санскр. Jambudvīpa, Южный континент), в центре которой находится ваджрный трон, подобный трону в современной Бодхгае, штат Бихар, Индия. Земли за границами этой области, обозначенными четырьмя горными хребтами, традиционно назывались дикими приграничными регионами, где нет возможности следовать Дхарме.

С религиозной точки зрения центральный буддийский регион (chos-tshigs-kyi yul-dbus) – это любое место, где есть четыре группы, необходимые для существования полноценной монашеской общины (’khor-rnam bzhi, четырёхчастное собрание). Это полностью посвящённые монахи и монахини, соблюдающие соответственно 253 и 364 обета, а также миряне и мирянки, соблюдающие пять обетов.

Возможно, мы не родились в географически центральном регионе, но по крайней мере родились в мире, где монашеская сангха по большей части всё ещё существует. Поэтому у всех нас есть возможность соприкоснуться с полной, живой традицией тех, кто устремлён к практике Дхармы.

[3] Однако, если бы мы родились в таком мире, но у нас одновременно были бы мужские и женские половые органы либо вообще их не было, это препятствовало бы наиболее полной практике: мы не смогли бы принять обеты пратимокши ни как монах, ни как монахиня, поскольку не относились бы ни к одной из этих категорий. Другие серьёзные врождённые нарушения, например кретинизм, также могли бы существенно ограничить нас в том, что касается духовного обучения и практики. Тем, у кого есть физические деформации или ограниченные возможности, приходится преодолевать множество дополнительных трудностей, поэтому, если наши физические и умственные способности полноценны, нам действительно следует считать себя весьма удачливыми.

[4] Нам также следует радоваться тому, что сейчас мы не испытываем ужасные последствия самых тяжёлых разрушительных действий, а именно пяти тягчайших преступлений (mtshams-med lnga, санскр. pañcānantarīyāṇi). Если бы мы совершили какое-либо из них или побудили к этому других, то сразу в следующем перерождении оказались бы в одном из безрадостных миров, и это нельзя было бы отсрочить промежуточным перерождением. После завершения жизни в аду, пока негативная кармическая сила, накопленная этим тягчайшим преступлением, не была бы полностью исчерпана, мы продолжали бы испытывать тяжёлые последствия, даже переродившись человеком. Они проявлялись бы в виде ментальных блоков, препятствий и омрачений (sgrib-pa, санскр. āvaraṇa), обусловленных нашей прошлой кармой и мешающих нам достичь одной из духовных целей.

Пять тягчайших преступлений:

• убийство матери,
• убийство отца,
• убийство архата, 
• внесение раскола в сангху,
• пролитие крови просветляющего тела будды с недоброжелательным намерением убить его.

Они разъясняются в тексте Васубандху (dByigs-gnyen) «Сокровищница особых разделов знания», IV.96–107, а также в тексте Первого Далай-ламы (rGyal-ba dGe-’dun grub) «Прояснение пути к освобождению: комментарий на “Сокровищницу [особых разделов знания]” [Васубандху]» (mDzod-tik thar-lam gsal-byed), 257–266.

Тягчайшее преступление внесения раскола в сангху предполагает образование двух противоборствующих групп, в каждой из которых должно быть не менее четырёх монахов или монахинь. Это самое серьёзное из тягчайших преступлений, и совершивший его в следующем перерождении попадает в низший из горячих безрадостных миров – в мир неослабевающей боли (mnar-med, санскр. Avīci, ад Авичи). Другие тягчайшие преступления необязательно приводят к попаданию в этот низший мир.

Есть пять преступлений, близких к тягчайшим (nye-ba’i mtshams-med lnga), соответствующих основным пяти и также приводящих к перерождению в одном из безрадостных миров, которое не может быть отсрочено:

• инцест со своей матерью, если она является архатом,
• убийство бодхисаттвы,
• убийство арьи, который практикует путеводные состояния хинаяны ради достижения освобождения,
• кража припасов или денежных средств монашеской сангхи,
• разрушение монастыря или ступы из ненависти.

[5] Наконец, если мы естественным образом верим в то, что истинно, а именно в записанные изречения Будды, этический образ жизни и путеводные состояния, ведущие к очищению, это самое значимое богатство в нашей жизни. Мы естественным образом будем искать любую возможность следовать Дхарме.

Пять богатств, связанных с внешними обстоятельствами

Ещё пять богатств связаны с местом и временем нашего рождения, но являются обстоятельствами со стороны общества (gzhan-’byor lnga, санскр. pañca-parasaṃpad, пять дарований, связанных с внешними обстоятельствами).

[6] Будда, например Шакьямуни, милостиво пришёл в этот преходящий мир и остаётся в нём. В противном случае учения Дхармы не смогли бы появиться в этом мире.

[7] Более того, он передал эти учения и продолжает передавать их до сих пор. Некоторые будды рождаются утром, но, поскольку ни у кого нет достаточной положительной кармической силы, чтобы у них учиться, вечером они уходят из жизни. Они приходят ради блага существ, просто являясь в мир и оставляя глубокий отпечаток в их ментальных континуумах.

Нам особенно повезло, поскольку Будда Шакьямуни милостиво пришёл на наш остров Розовых Яблок и передал не только сутры, но и тантры о скрытых методах защиты ума. Это чрезвычайно редкое явление. Из тысячи будд, которые согласно предсказанию явятся в течение этой благоприятной эпохи, это сделают лишь первый – Будда Какуцунда (’Khor-ba ’jig), четвёртый – Будда Шакьямуни, одиннадцатый, который будет реинкарнацией Цонкапы, и тысячный, который подведёт итог всему, чему учили его 999 предшественников.

Хотя первые два условия в настоящий момент, строго говоря, не выполняются: Будда в форме высшей нирманакаи (mchog-gi sprul-sku, высшее тело эманации) больше не присутствует как Будда Шакьямуни, – всё же его учения передают духовные наставники, действуя как его представители. Благодаря этому в нашей жизни есть ключевые аспекты первых двух богатств.

[8] Кроме того, чтобы мы могли встретиться с Дхармой, ни Дхарма писаний, ни Дхарма постижений не должна прийти в упадок.

Необходима живая традиция наставников, способных передавать учения как устно, так и посредством своего жизненного примера. Чтобы их учения были подлинными, живущие ныне наставники должны принадлежать к линии преемственности, которую можно непрерывно проследить вплоть до самого Будды. Если в каждом поколении были мастера, которые обрели подлинные постижения, практикуя Дхарму, то, встречаясь с Дхармой писаний и Дхармой постижений этой традиции, мы можем быть уверены, что и мы сможем достичь того же. Однако если линия передачи от наставников к ученикам была прервана в одном из поколений или учения стали неполными, мы не можем быть уверены, что встретились с подлинными учениями.

В нашей жизни, однако, также есть особое «богатство» благодаря тому, что и сутры, и все четыре класса тантры – крия-тантра, чарья-тантра, йога-тантра и ануттарайога-тантра – по-прежнему остаются живой традицией и сохраняются во всей полноте среди мастеров тибетских линий преемственности как на уровне Дхармы писаний, так и на уровне Дхармы постижений. Это действительно уникальная возможность.

[9] Предположим, мы встретились с чистыми и полными учениями. Тем не менее нашей практике могут помешать множество неблагоприятных условий. Например, если мы практикуем в одиночку в нерелигиозном окружении, то можем оказаться под воздействием множества негативных влияний. Поэтому нам очень повезло, что существуют те, кто следует примеру Будды, а именно монашеская сангха. Даже если они ещё не обрели реализацию и подлинные достижения, они всё же служат для нас источником вдохновения, своим примером показывая, что учения остаются живой традицией. Видя, как они прилагают усилия в правильном направлении, мы не станем небрежными в практике и не впадём в уныние.

[10] Кроме того, есть сострадательные покровители, которые искренне заботятся о других и создают благоприятные условия, поддерживая монашескую общину и мирян-практиков. Если бы все относились к Дхарме враждебно и неприязненно, добиться успеха собственными силами было бы чрезвычайно трудно.

Следует реалистично взглянуть на обстоятельства собственной жизни. Когда мы осознаём, что у нас есть восемь временных свобод, благодаря которым ничто не мешает нам следовать Дхарме, а также десять факторов, делающих нашу жизнь богатой возможностями для изучения и практики, мы больше не можем придумывать отговорки. Вместо жалости к себе и мыслей о собственной несостоятельности мы будем искренне радоваться нашим свободам и возможностям, позволяющим приложить все усилия к работе над собой. Обретя драгоценную человеческую жизнь, мы должны думать, что наши молитвы исполнились.

Недостаточно просто радоваться тому, что мы обрели драгоценную человеческую жизнь, ведь можно и из алчности радоваться обретению чего-нибудь ценного. Мы должны не только осознать ценность этой жизни, но и задуматься о том, как использовать её осмысленно. Если, обретя такую основу (rten, санскр. āśraya, опора), мы заботимся лишь о благополучии в этой жизни, то мы ничем не лучше какого-нибудь животного. Более того, некоторые животные гораздо лучше нас приспособлены к самостоятельному выживанию. Леопард намного быстрее бегает, у льва больше силы, орёл видит дальше. Однако, будучи людьми, мы должны постараться достичь большего, чем дикий зверь. Заботиться лишь об обыденных нуждах этой бренной жизни – значит быть как глупая корова, которая, погнавшись за пучком травы, сорвалась с горного склона.

Чандрагомин (bTsun-pa zla-ba) сказал в «Письме ученику» (Slob-springs, санскр. Śiṣyalekha), 76:

Стремящиеся к радостям этого мира подобны слонёнку, который, желая получить несколько пучков травы, растущей на краю крутого обрыва, падает в пропасть, так и не добравшись до них.

В чём же значимость драгоценной человеческой жизни и чего мы можем благодаря ей достичь? Чтобы оценить её по достоинству, рассмотрим различные виды человеческой жизни. Согласно учениям абхидхармы в каждой мировой системе есть центральная гора и в каждом из четырёх основных направлений относительно неё расположен большой мир, представленный островом, за которым находятся два меньших острова. Большой и малые острова каждого направления, взятые вместе, населены особым видом людей. Таким образом, в каждой мировой системе четыре основных вида людей (gling-bzhi’i mi, санскр. cātur-dvīpika-manuṣya).

Люди на южных, восточных, западных и северных островах с каждым следующим островом вдвое крупнее жителей предыдущего острова, а обитатели малых островов вдвое меньше обитателей соседнего большого. Таким образом, люди северного острова, называемого островом Голоса Рока (sGra mi-snyan, санскр. Kuru, Северный континент), в шестнадцать раз крупнее нас, живущих на южном острове. Забрасывающая карма (’phen-byed-kyi las), обусловившая их перерождение в северном островном мире, также приводит к тому, что непосредственно в следующей жизни они перерождаются божественными существами уровня чувственных желаний (’dod-lha, санскр. kāmadeva, боги мира желаний).

Срок жизни этих человекоподобных существ известен заранее, и им гарантировано лучшее перерождение, однако у обитателей восточного и западного островов ситуация иная. Большинство из них, но не все, проживают полный срок своей жизни, а после смерти они могут переродиться в любом мире.

Хотя будды не удостаивают восточные, западные и северные островные миры своим рождением в качестве высшей эманации (высшей нирманакаи), учения Дхармы всё же могут достигать этих мест благодаря тому, что их посещают существа с высокими постижениями, такие как Шарипутра, Маудгальяяна, Нагарджуна и другие. Получив эти учения, некоторые люди восточных и западных островов могут практиковать некоторые из превентивных методов Дхармы, но они не способны достичь просветления в течение этой жизни. Однако на северных островах люди ещё меньше склонны к этому, чем на восточных и западных, и они не применяют никаких превентивных методов.

На островах Розовых Яблок, расположенных к югу от каждой из центральных гор, жизнь людей похожа на нашу. Три других вида людей известны как обитатели земель изобилия (longs-spyod-kyi sa-pa). Они материально более обеспечены, чем мы, и похожи друг на друга своим образом жизни и опытом. Продолжительность жизни людей на острове Голоса Рока в северной части каждой мировой системы всегда составляет 1000 лет. Все они живут чрезвычайно комфортно, поскольку у них есть особое сокровище – так называемый непаханый урожай (ma-rmos-pa’i lo-tog) – непрерывный урожай дикорастущих растений, не требующих возделывания. Частной собственности там нет. За неделю до смерти человека голос с неба возвещает о скором окончании его жизни. Однажды Нагарджуна с помощью своих сверхъестественных способностей отправился на северный остров и разделся, чтобы искупаться в пруду. Освежившись и выйдя из воды, он, к своему большому смущению, обнаружил, что кто-то унёс его одежду. Однако поскольку всё найденное там считалось общим и любой имел право взять это себе, Нагарджуна ничего не мог поделать.

У людей с западного острова Богатства от Коров (Ba-glang spyod, санскр. Godānīya, Западный континент) неиссякаемый запас золота, поскольку у них есть особое сокровище – коровы, исполняющие желания (’dod-’jo’i ba), у которых золотой навоз. Хотя продолжительность жизни этих людей не фиксирована, подавляющее большинство живёт до 500 лет. Люди с восточного острова Гигантов (Lus-’phags-po, санскр. Videha, Восточный континент) вдвое крупнее нас, и у них огромные богатства благодаря их сокровищу – горе из драгоценностей (rin-po-che’i ri-bo), и большинство из них живёт до 250 лет.

Поскольку все обитатели этих трёх типов островных миров ведут столь лёгкую и комфортную жизнь, их умственные способности притуплены. Им не приходится ни к чему прилагать усилий. Что бы они ни делали, их жизнь остаётся практически неизменной. Всё достаётся им без усилий благодаря созидательным действиям, совершённым в предыдущих жизнях. В результате они не знают, как взяться за достижение желаемого или устранение нежелательного. Их умственные способности также невелики, и они не способны запомнить смысл ни одного учения Дхармы или различить в нём отдельные пункты. Хотя они люди, у них нет драгоценной человеческой жизни, поскольку им недостаёт устремлённости, а их умственные способности слишком слабы для интенсивной духовной практики.

Мы же, люди с южных островов Розовых Яблок, напротив, известны как обитатели земель действий (las-kyi sa-pa). Все мы живём в совершенно разных обстоятельствах и отличаемся своими способностями. Мы можем видеть результаты своих действий уже в этой жизни, поэтому у нас есть сильный стимул прилагать усилия, а наши умственные способности значительно острее, чем у людей, действия которых принесут результаты лишь в будущих жизнях [согласно Цонкапе в «Объяснении [текста Нагабодхи] “Стадии изложения [‘Тантры Гухьясамаджи’]”» (rNam-bzhag rim-pa’i rnam-bshad), 14b–16a].

Поэтому если помимо самого рождения в землях действий у нас есть временная свобода от условий, делающих изучение или практику невозможными, и также у нас есть богатства, предоставляющие широкие возможности для духовного развития, то на этой превосходной основе мы можем достичь чего угодно. Поэтому во время церемоний почитания наших духовных наставников мы представляем их восседающими на украшенном драгоценностями троне, установленном на нашем сокровище южного континента – дереве, исполняющем желания (dpag-bsam-gyi shing).

Драгоценная человеческая жизнь важна с трёх точек зрения:

• благодаря ей мы можем достичь наших временных целей,
• либо мы можем достичь наших конечных целей,
• в каждый момент мы можем приближаться к достижению одной из этих двух целей. 

Есть две желанные духовные цели (’dod-don gnyis): благополучие в одном из высших перерождений (mngon-mtho, санскр. abhyudaya) и окончательное благо (nges-legs, санскр. niḥśreyasa) освобождения или просветления. Первая является временной целью, поскольку ни одно перерождение не длится вечно. Вторая является конечной целью, поскольку, достигнув освобождения или просветления, мы навсегда освобождаемся от сансары со всеми её неуправляемо повторяющимися проблемами и ситуациями. В нирване, освободившись от проблем, мы обретаем непреходящее счастье окончательного блага.

Драгоценная человеческая жизнь, таким образом, важна прежде всего потому, что в ней мы можем накопить положительную кармическую силу для перерождения в любом высшем состоянии – человеком или одним из божественных существ. Это цель начального уровня духовной мотивации. Практикуя щедрость, мы можем переродиться в достатке. Развивая глубокие состояния сосредоточения, мы можем стать божественным существом, пребывающим в медитативной поглощённости на уровне нематериальных форм (gzugs-khams, санскр. rūpadhātu, мир форм), и так далее. Кроме того, на основе драгоценного человеческого рождения мы можем достичь освобождения или просветления – целей среднего и продвинутого уровней духовной мотивации соответственно. Обе цели достигаются тренировкой в высшей этической дисциплине, высшем поглощённом сосредоточении и высшем распознавании. 

Основа первой и наиболее фундаментальной из этих тренировок – соблюдение обетов. Будучи людьми из земель действий, мы обладаем и способностью распознавать полезное, и стимулом к достижению своих целей, опираясь на уверенность в законах причинно-следственной связи в поведении. Поэтому мы в наилучшем положении для соблюдения всех трёх наборов обетов – обетов пратимокши, обетов бодхисаттвы и тантрических обетов. И особенно, поскольку мы единственный тип людей, испытывающий результаты своих действий в течение этой жизни, только мы можем полностью раскрыть свой потенциал в этой жизни посредством практики ануттарайога-тантры.

Более того, каждое мгновение нашей драгоценной человеческой жизни имеет значение, поскольку каждое совершаемое нами позитивное и созидательное действие, каждое простирание, каждое повторение мантры приближает нас к достижению временных и конечных целей. Поэтому мы используем эту жизнь наилучшим образом, стараясь прилагать все усилия к достижению духовных целей. Мы не должны тратить время впустую. Если мы отправимся на остров сокровищ, полный драгоценностей, а вернёмся с пустыми руками или лишь с несколькими ничего не стоящими безделушками, это будет весьма прискорбно. Подобным образом, когда нам предоставляется такая золотая возможность, мы должны использовать каждое драгоценное мгновение.

Арьяшура сказал в «Речи, подобной драгоценному хранилищу благих объяснений» (Legs-par bshad-pa rin-po-che za-ma-tog lta-bu’i gtam, санскр. Subhāṣita-ratna-karaṇḍaka-kathā), 16–18b:

Тот, кто благодаря системе положительной силы, накопленной за бесчисленные эпохи, обрёл человеческую жизнь со множеством достоинств, но затем из-за неосознавания в этой жизни не сумел накопить даже малейшего сокровища положительной кармической силы, в будущих жизнях войдёт в обитель невыносимой печали. Подобно торговцам, которые отправляются в страну со множеством драгоценностей и возвращаются домой с пустыми руками, без кармических путей десяти созидательных действий вы не сможете вновь обрести человеческую жизнь.

Разве счастье возможно без человеческой жизни? Без счастья остаётся лишь страдание. Так что вы лишь обманули самих себя перед тем, как отправиться в следующую жизнь. Нет большего заблуждения, чем это.

Шантидева также сказал в тексте «Вступая на путь поведения бодхисаттвы» (I.4, IV.23):

Это [тело] обретя, [наделённое] свободами-богатствами, найти которое столь трудно, способное исполнить пожелания [любого] существа, если в этой [жизни] я его благами не воспользуюсь, когда такая же возможность совершенная появится опять?

И если, передышку обретя сейчас, я не возьму в привычку созидать, не будет большего самообмана, не будет большей глупости.

Однако все мы безумны, поскольку растрачиваем то, чем обладаем. Как говорили геше традиции кадам:

Наше безумие гораздо хуже обычного помешательства, которое может пройти через несколько лет. Но наше безумие длится от рождения до самой смерти!

Если же мы осознаём редкость драгоценной человеческой жизни и то, насколько трудно будет обрести её вновь, мы дважды подумаем, прежде чем использовать её для достижения незначительных целей.

Трудность обретения драгоценной человеческой жизни с точки зрения её причин

Для обретения драгоценной человеческой жизни необходимы три причины. Основная – соблюдение чистой этической самодисциплины. Наряду с этим мы должны возносить чистые молитвы о таком рождении и развивать остальные далеко ведущие состояния ума.

Важно, чтобы наши молитвы были точными и полными. В особом храме монастыря Ганден (dGa’-ldan dgon-pa) в Тибете находился трон великого Цонкапы. Держатель этого трона (dGa’-ldan khri-pa, ганден трипа) является духовным главой традиции гелуг. Однажды в этот храм вошёл телёнок и уселся на трон. Все были потрясены, но присутствовавший там великий учитель, обладавший ясновидением в силу своего продвинутого осознавания, сказал монахам, что ничего удивительного в этом нет. Незадолго до этого одна пожилая женщина молилась перед статуей Будды в главном храме Лхасы о том, чтобы ей удалось сесть на трон Гандена. Поскольку объект, перед которым она вознесла свою молитву, был столь драгоценным, её желание исполнилось. К сожалению, она не сформулировала его более конкретно!

Далеко ведущие состояния ума необходимы для создания благоприятных обстоятельств нашей жизни. Если мы не дополним этическую самодисциплину и молитву щедростью, то в будущем родимся бедными. И наоборот, если сейчас мы живём в бедности, причина может быть в том, что в предыдущих жизнях мы соблюдали этику, но совсем не были щедрыми. При недостатке терпения мы переродимся некрасивыми, а без радостного усердия – ленивыми людьми, не заслуживающими уважения. Если у нас нет умственной устойчивости, наш ум будет постоянно блуждать, а если мы пренебрегаем распознаванием, то переродимся тупоумными. Поэтому, если мы хотим в будущем обрести жизнь со всеми благоприятными условиями, необходимо развивать все далеко ведущие состояния.

Чистая этика – главная причина драгоценной человеческой жизни – чрезвычайно редко встречается в эту эпоху упадка. Геше Потова сказал:

Наше чувство этичного подобно овце, выпущенной в поле: она просто ест где угодно и что угодно.

Если из-за сильной склонности к негативным действиям и лени нам недостаёт самообладания в вопросах совести, как мы вообще сможем вновь обрести человеческое перерождение? Например, щедрость, терпение или усердие при отсутствии этического поведения могут привести к перерождению крысой, натаскавшей в своё гнездо драгоценностей, или красивым пушным зверем, на которого охотятся ради меха, или трудолюбивым насекомым, таким как пчела и муравей.

Поэтому Шантидева сказал в тексте «Вступая на путь поведения бодхисаттвы» (IV.21):

Ведь если из-за негативной силы от совершения [ужасного поступка] [лишь] одно мгновенье, я должен провести одну эпоху в печальном мире неослабной боли, то что уж говорить о невозможности одно из лучших получить перерождений из-за негативной силы, что мной накоплена в сансаре безначальной?

Осознавая это, геше Ченгава всегда практиковал очень усердно. Он никогда не спал и не делал перерывов. Даже в туалет он не ходил, а бегал. Его наставник говорил ему, что это вредит его практике и здоровью и что время от времени следует отдыхать. Однако Ченгава отвечал: «Как я могу отдыхать? Думая о драгоценности своей человеческой жизни, я понимаю, что каждое мгновение имеет решающее значение».

Это очень вдохновляющий пример, но не следует становиться духовными фанатиками. Ченгава был очень продвинутым практикующим и знал, что делал. В отличие от нас, он был способен выдерживать непрерывную интенсивную практику. Если мы будем чрезмерно себя подгонять, это приведёт лишь к нервному срыву. Суть в том, чтобы прилагать как можно больше усилий, но знать пределы своих возможностей.

В целом не следует вести себя как слабовольные люди, которых можно направить куда угодно, словно лужицу воды. Находясь рядом с тем, кто смеётся, они начинают безудержно хихикать, а рядом с тем, кто плачет, сами проливают слёзы. У нас есть драгоценная человеческая жизнь, и мы должны стараться самостоятельно развивать здравое суждение и способность к распознаванию. Для этого необходимо укрощать свой ум. Если мы не контролируем свои ментальные и эмоциональные состояния, если не способны обрести хотя бы некоторую степень самостоятельности и внутренней силы и наше настроение всегда зависит от других, мы никогда не сможем обрести высшее счастье. Мы становимся как рабы, зависящие от прихотей хозяина. Вот почему важно изучать методы развития ума, затем размышлять над ними, пока мы не достигнем понимания, и наконец посредством практики превращать их в привычки. Если мы не будем учиться, наш ум станет ещё более тупым. Мы так и не узнаем, как улучшить своё состояние. Тогда наша драгоценная человеческая жизнь окажется растраченной впустую.

Таким образом, Сакья Пандита советовал в «Драгоценной сокровищнице изящных изречений» (Legs-bshad rin-po-che’i gter), IX.42:

Те, кто не учился в предыдущих жизнях, в этой жизни [родились] слабоумными. Видя это и опасаясь в будущем переродиться дураком, следует прилагать все усилия к учёбе в этой жизни, даже если это трудно.

Он также сказал (I.9):

Даже если тебе предстоит умереть завтра, разумный человек будет учиться [сегодня]. Даже если не станешь учёным в этой жизни, в будущих жизнях сможешь вернуть [свои знания], словно вложенное богатство.

Учитель традиции сакья Бодонг Чогле Намгьял (Bo-dong Pan-chen Phyogs-las rnam-rgyal), основатель линии бодонг, одной из трёх малых линий сакья, также говорил:

У нас нет времени на то, чтобы хорошо есть и пить или крепко спать. Мы должны учиться и усердно трудиться днём и ночью, особенно в молодости. Благодаря этому мы впоследствии сможем пожинать плоды.

Цонкапа был способен усвоить всё, лишь услышав краткое указание на предмет, а Кьябдже Триджанг Ринпоче, когда ему было три года, выучил алфавит за один день, когда ему всего один раз показали буквы. Это ясно указывает на освоение ими знаний в предыдущих жизнях. Поэтому если сейчас мы будем хорошо учиться и строго следовать этике, то сможем вновь обрести человеческое перерождение и увидим, насколько быстро будем способны учиться. Если мы не заложили кармических отпечатков (bag-chags, санскр. vāsanā, предрасположенности), у нас не будет способностей. Монаху из моего монастыря понадобилось три месяца, чтобы запомнить одну строку из «Воспевания имён Манджушри» (’Jam-dpal mtshan-brjod, санскр. Mañjuśrī-nāma-saṃgīti), тогда как мой учитель выучил весь текст целиком за одно занятие. Это показывает, какими были их предыдущие жизни!

Поэтому следует постоянно читать и продолжать учиться. Это видно на вдохновляющем примере Кьябдже Триджанга Ринпоче. Вплоть до его ухода из жизни в возрасте 81 года, когда бы мы ни приходили к Ринпоче, перед ним всегда лежала раскрытая книга, которую он читал. Подобно этим возвышенным наставникам, мы также должны быть безупречно чисты в своём поведении и этике. В противном случае одна лишь учёность не обеспечит нам даже человеческого перерождения. Есть немало голодных духов со способностями к учёности.

Дхармаракшита хорошо описал нас в «Диске с острыми лезвиями» (Theg-pa chen-po’i blo-sbyong mtshon-cha ’khor-lo), 66:

Наше философское воззрение высочайшее, но поведение хуже, чем у собаки. Наши хорошие привычки многочисленны, но мы пускаем по ветру их [этическую] основу. 

Таким образом, анализируя свои действия и оценивая их с точки зрения причин, необходимых, чтобы снова обрести драгоценную человеческую жизнь, следует постараться осознать, насколько редкая возможность нам предоставлена, и воспользоваться ей в полной мере. Нет никакой гарантии, что столь же драгоценная возможность представится нам вновь.

Трудность обретения драгоценной человеческой жизни с точки зрения аналогий

Драгоценная человеческая жизнь так редка и её столь же трудно обрести, как трудно было бы добиться того, чтобы горчичные зёрна, высыпаемые на иглу, удержались на её острие или чтобы горошины, бросаемые в вертикально стоящее зеркало, прилипли к его поверхности.

Или, как сказал Шантидева в тексте «Вступая на путь поведения бодхисаттвы» (IV.20):

Вот почему Победоносный Мастер говорил, что трудно обрести рожденье человеком – как черепахе голову просунуть в ярмо, дрейфующее на морских просторах.

Нагарджуна также сказал в «Письме другу» (59):

Поскольку достичь человеческого состояния по сравнению с состоянием животного ещё труднее, чем черепахе найти отверстие в одиноком ярме на поверхности океана, плодотворно используй [достигнутые] человеческие возможности с помощью практики священной Дхармы.

Последняя аналогия повествует о слепой черепахе, живущей на дне океана. Она поднимается на поверхность, чтобы вдохнуть, лишь раз в сто лет и случайно всплывает именно в том месте, где её шея попадает в отверстие золотого ярма, плавающего на волнах. Черепаха символизирует воплощённых ограниченных существ. Её слепота означает незнание Дхармы. Океан – это сансара. Когда черепаха находится на дне океана, это подобно пребыванию ограниченных существ в трёх худших перерождениях. Она поднимается на поверхность лишь раз в сто лет, то есть очень редко, что показывает, как редко ограниченным существам удаётся подняться в одно из трёх лучших перерождений. Золотое ярмо – это учение Будды. Его странствие по океану означает распространение Дхармы во всех направлениях, а то, что черепаха просовывает в него шею, означает обретение материнской утробы, из которой произойдёт рождение с драгоценной человеческой жизнью.

Обретя столь редкую жизнь, мы подобны человеку, который закатил валун на середину крутого холма. Толкать его дальше трудно, но он может очень легко скатиться вниз. Поэтому мы должны быть крайне внимательными и упорными.

В своём тексте «Наставления посредством примеров» (Po-to-ba’i dpe-chos) геше Потова рассказал историю о сыне Лодинга (Lo-lding bu). Однажды в Пенпо (’Phan-po) жила богатая семья Лодинг, владевшая множеством золотых рудников. У них был сын, который не проявлял никакого интереса к семейному делу. Вместо этого уехал и стал странствующим торговцем. Он много где побывал, и, хотя никто не узнавал в нём сына Лодинга, многие о нём слышали. Повсюду он слышал, как люди говорили: «Если бы только я был сыном Лодинга, я бы добыл целую гору золота». В конце концов он осознал, насколько ему повезло, и вернулся домой, чтобы воспользоваться тем, что принадлежало ему по праву рождения. Точно так же нам следует стараться ценить богатые возможности, которыми мы располагаем в нашей драгоценной человеческой жизни, и не растрачивать их на незначительные дела.

В «Наставлениях посредством примеров» Потова приводит и другие аналогии для размышления. Однажды человек из провинции Цанг (gTsang) приехал в Лхасу. Прежде он никогда не пробовал рыбу и потому объелся этим редким для него лакомством. Однако он съел так много, что ему стало плохо. Когда его уже начало тошнить, он обвязал шею верёвкой. Мы должны столь же сильно стремиться не забывать о смысле драгоценной человеческой жизни и не растратить впустую предоставляемую ею возможность.

Однажды человек, у которого не было ног, отдыхал на краю небольшого обрыва. Он потерял равновесие, соскользнул вниз и упал прямо на спину стоявшего внизу дикого осла. Испуганное животное понеслось с огромной скоростью, а человек изо всех сил держался за него, радостно улюлюкая и крича: «Если я не воспользуюсь этим случаем сейчас, когда ещё такому калеке, как я, доведётся прокатиться на диком осле?» Подобным образом, нам, только что поднявшимся из худших перерождений, чрезвычайно редко выпадает возможность оказаться людьми и совершить нечто позитивное и полезное с духовной точки зрения.

Сейчас у нас есть свобода, способность и возможность практиковать, поэтому откладывать практику на потом – всё равно что поступить как в следующей истории. Одной женщине в голодные времена удалось собрать немного еды и дать понемногу каждому из детей. Её сообразительный сын взял свою долю и спрятал за спиной, чтобы приберечь на потом. Но тут же прибежала собака и мгновенно всё съела. Вот почему нам следует применять превентивные методы сразу же, как только мы их получаем, а не просто собирать всё больше и больше.

Трудность с точки зрения природы драгоценной человеческой жизни

Этот пункт касается редкости драгоценной человеческой жизни с точки зрения чисел. Однажды Будда взял горсть песка с берега Ганги и сказал, что число песчинок в ней равно числу блуждающих существ, которые либо поднимаются из одного из трёх худших перерождений в одно из трёх лучших, либо после окончания благоприятного рождения вновь перерождаются в благоприятном уделе. Количество всех остальных песчинок на берегу равно числу существ, падающих из одного из лучших перерождений в одно из худших или жизнь за жизнью остающихся в худших состояниях сансары.

Число существ, заточённых в безрадостных мирах, значительно превосходит число голодных духов, а те, в свою очередь, по численности намного превосходят животных. Мы и сами можем увидеть, насколько животных больше, чем людей, если просто посмотрим, сколько крошечных существ обитает летом в небольшом пруду.

Даже родившись среди людей, редко удаётся родиться в светлую эпоху (sgron-bskal), когда будды приходят как совершенные духовные проводники (rnam-’dren). Между такими эпохами гораздо больше тёмных эпох (mun-bskal), когда будды вообще не появляются в данном сверхскоплении мировых систем. Даже в пределах светлой эпохи редко удаётся родиться в эпохи сохранения. Великая эпоха делится на 80 промежуточных: 20 – когда формируется сверхскопление мировых систем и впервые появляется жизнь, ещё 20 – когда жизнь сохраняется, следующие 20 – когда всё распадается и жизнь исчезает, и последние 20 – когда пространство остаётся пустым и лишённым жизни. Будды проявляются только в эпохи сохранения.

Родиться в период, когда срок человеческой жизни сокращается, а люди достигают зрелости во всё более раннем возрасте, – не редкость. Будды проявляются только тогда, когда продолжительность человеческой жизни сокращается. Когда продолжительность жизни увеличивается, а условия улучшаются, люди не испытывают достаточного отвращения к неуправляемому круговороту сансарного существования, чтобы у них возникла мотивация к духовной практике. Поскольку кажется, что всё становится лучше, у них нет решимости делать что-либо созидательное ради освобождения от страданий. Когда продолжительность жизни составляет менее ста лет, повсеместно распространяются пять упадков и никто уже не является по-настоящему восприимчивым сосудом. Будды не приходят в качестве учителей в столь тяжёлые времена, когда никто не стал бы их слушать.

Кроме того, даже в период, когда срок жизни сокращается, редко удаётся родиться человеком на острове Розовых Яблок. Будды не проявляются в форме высшей эманации в трёх других островных мирах, населённых людьми, поскольку их обитателям недостаёт мотивации и умственных способностей для применения каких-либо превентивных методов. Будды удостаивают своим появлением лишь острова Розовых Яблок. Более того, в течение нынешней светлой эпохи, называемой благоприятной эпохой, лишь 1000 будд положат начало мировым религиям.

Даже среди людей на островах Розовых Яблок чрезвычайно редко встречаются те, у кого есть все временные свободы и богатства, необходимые для следования Дхарме Будды. Как-то раз монгольский наставник давал учение о редкости драгоценной человеческой жизни. Один китаец из числа слушателей язвительно заметил: «Готов поспорить, этот учитель никогда не бывал в Китае!» Хотя на Земле миллиарды людей, очень мало кто действительно обладает свободой и возможностями для духовного обучения и практики. Мы должны чётко различать простое рождение человеком и драгоценную человеческую жизнь.

Обрести драгоценную человеческую жизнь – всё равно что оказаться одним из тысяч кандидатов на высокую должность и действительно получить её. Шансы на успех здесь гораздо меньше, чем если бы на это место претендовали всего три человека. Если мы не используем свою драгоценную человеческую жизнь сейчас, но стремимся обрести её в будущем, это всё равно что иметь миллион долларов, выбросить его, а затем молиться о получении ещё одного миллиона.

Как сказал Падампа Сангье (Pha-dam-pa sangs-rgyas):

Нам, обладающим драгоценной человеческой жизнью, легче достичь просветления, чем существу, заточённому в безрадостном мире, обрести такое же человеческое перерождение.

Поэтому не следует воспринимать своё нынешнее положение как нечто само собой разумеющееся и считать, что мы всегда были и всегда останемся людьми. Гораздо полезнее – и, несомненно, точнее – считать себя лишь временными гостями в человеческом мире, получившими короткую передышку от худших перерождений. 

Геше Потова сказал:

Осознавая, как трудно обрести человеческую жизнь с временными свободами и богатыми возможностями, как можем мы оставаться беззаботными и продолжать губить самих себя?

Шантидева также сказал в тексте «Вступая на путь поведения бодхисаттвы» (VII.14):

[Сейчас,] занявши место на борту рожденья человеком, пересеки могучую страданий реку! Ведь эту лодку очень трудно вновь поймать – дурак, сейчас не время отходить ко сну!

Однажды ученик попросил Гунгтанга Ринпоче рассказать свою просветляющую автобиографию. Он ответил:

Первые двадцать лет моей жизни я вообще не вспоминал о необходимости практиковать. [Следующие] двадцать лет прошли в мыслях: «Когда-нибудь я обязательно этим займусь». А теперь уже более десяти лет прошло в сожалениях и стенаниях о том, что я ничего не сделал [раньше]. Вот история о том, как я впустую растратил человеческое существование.

Метод осознания необходимости и значимости драгоценной человеческой жизни включает размышление над тремя пунктами.

[1] Мы должны размышлять о необходимости духовного развития. Все мы желаем освободиться от страдания и никогда не расставаться со счастьем. Для этого нужно работать со своим умом, а развить положительные, созидательные состояния ума можно лишь посредством духовной тренировки в применении превентивных методов.

[2] Следует проанализировать, способны ли мы заниматься этой практикой. Нам необходимы два фактора: внешнее условие – духовный наставник, дающий руководство, и внутреннее условие – драгоценная человеческая жизнь, богатая возможностями и временными свободами от всех ситуаций, в которых нет возможности учиться или практиковать. Если у нас есть и то и другое, не стоит сомневаться в том, что мы способны двигаться вперёд.

Мы люди, и у нас есть разум, позволяющий различать правильное и неправильное, полезное и вредное. Мы не животные, которые не смогли бы распознать будду, даже если бы он находился рядом с ними. Между нашей драгоценной человеческой жизнью и драгоценной человеческой жизнью Миларепы или Луипы нет никакой разницы. Наше тело здоровое, упитанное и хорошо накормленное, хотя Миларепа питался одной крапивой, а Луипа – рыбьими внутренностями, выброшенными рыбаками. Оба испытывали сильнейший недостаток витаминов, и всё же на основе своей человеческой формы они полностью раскрыли свой потенциал уже в этой жизни. Если они смогли, нет причин, почему мы не можем сделать то же самое, ведь в нашем теле достаточно витаминов!

[3] Мы должны принять решение практиковать превентивные методы прямо сейчас, в этой жизни. Мы не можем позволить себе откладывать практику на потом. Под разными предлогами мы уклоняемся от духовной практики, но при этом всегда находим оправдания своим компульсивным стремлениям к мирским удовольствиям. Мы пытаемся протиснуться на развлекательное представление или вечеринку, даже если там нет места, но сразу же отказываемся от участия в духовных мероприятиях, если там хотя бы немного тесно или неудобно. Однако мы не знаем, что наступит раньше – наша завтрашняя практика или сегодняшняя смерть. Поэтому, если сегодня мы хотя бы начнём духовный путь и будем следовать ему в меру своих возможностей, это принесёт наибольшую пользу. Когда нам кажется, что мы должны практиковать превентивные методы прямо сейчас, и мы действительно начинаем это делать, наша практика становится непринуждённой, благотворной и радостной.