Геше Вангьял: Сочетание буддийской практики и буддологии

Другие языки

Спасибо большое. Для меня большая честь находиться здесь с вами, в Калмыкии, и особенно рад видеть здесь столько молодых студентов. Мне выпала честь быть знакомым с великим калмыцким геше – геше Вангьялом. Он меня сильно вдохновлял и был моим учителем, когда мне было приблизительно столько же лет, сколько многим из присутствующих здесь. Тогда, в 60-х годах в Америке было мало возможностей познакомиться с буддизмом. Было несколько книг, но в основном популярного жанра, и нельзя сказать, чтобы они раскрывали настоящий буддизм. Было несколько профессоров в университете, которые преподавали буддизм. Но тогда господствовало мнение, что буддизм, особенно тибетский, – мёртвый предмет, и он преподавался приблизительно как египтология. У преподавателей были тексты на исходных языках, и главным образом преподавали язык. Это было похоже на большой паззл, где все пытались понять, что это может означать.

В этой обстановке геше Вангьял был светочем: он предоставлял доступ к живой традиции. И у некоторых из нас была возможность с ним встретиться. Некоторые из нас даже с ним жили и учились у него, как, например, мои коллеги Роберт Турман и Джеффри Хопкинс. К сожалению, у меня не было возможности жить с геше Вангьялом. Я тогда уже учился в Гарвардском университете и уже изучал буддологию. Я интересовался ей с раннего возраста, поэтому пошёл в данном направлении. Моя семья жила неподалёку от того места, где жил геше Вангьял, в Нью-Джерси. И когда я начал учить тибетский язык в Гарварде, то, возвращаясь домой, стал посещать геше Вангьяла.

Геше Вангьял всегда сочетал – то, что является темой нашей конференции – духовный подход и научный, буддологический подход. Он побуждал нас всех защитить научные степени в университетах и сочетать аспекты практики и науки. Касательно аспектов практики, не только гадать об их значении, а заниматься с настоящими учителями, которые действительно познали учение на собственном опыте. Поэтому он нас побуждал учить буддийские языки, особенно тибетский и санскрит. Я также изучал японский и китайский. Он также очень хотел, чтобы мы учили монгольский и русский, но никто из нас не был хорошим студентом: никто из нас так и не сподобился в дополнение к этим языкам выучить ещё монгольский и русский. Я должен признаться, что у меня был интерес к монгольскому, но не получилось с гарвардским расписанием.

И он хотел, чтобы, выучив эти языки, мы отправились в Индию, чтобы там учиться у настоящих учителей, особенно у Его Святейшества Далай-ламы; чтобы мы получали лучшее из обеих традиций: как западной научной традиции, так и настоящей буддийской традиции; и чтобы мы воплощали в жизнь то, что узнали. Сам геше Вангьял был великим мастером в сочетании этих двух аспектов, потому что он не только учил нас текстам и медитациям, но и помогал нам работать над собой.

Как всегда подчёркивает Его Святейшество Далай-лама, буддизм предназначен для трансформации себя. Нам нужно распознать источник проблем, социальных и личностных, и увидеть, что их создаёт неведение – ошибочное понимание того, как мы существуем, и также ошибочное понимание того, как существует мир. Вследствие этого ошибочного понимания у нас возникает множество беспокоящих эмоций. Мы думаем, что мы единственные в своём мире, мы самые важные, и отсюда эгоизм, жадность, злость по отношению к тем, кто переходит нам дорогу. Это создаёт проблемы не только нам самим, но и всем. Но на самом деле эти проблемы создаём мы сами, само человечество, из-за ошибочного понимания. Поэтому Его Святейшество Далай-лама считает, что человечество может эти проблемы решить.

Хотя это непросто, но это возможно – избавиться от этих проблем посредством устранения их причин, то есть ошибочного понимания. Это значит, что нам нужно образование, знания, чтобы понимать действительность, и нужно работать над собой, над своей личностью, чтобы избавиться от беспокоящих эмоций и деструктивного поведения, которое появляется вследствие них. Это значит, что нужно практиковать и учиться.

Геше Вангьял, помогая личностному росту своих учеников, ставил их в трудные ситуации. Однажды у него остановились ученики, помогали строить новый дом. Геше Вангьял был очень практичным человеком. Он всегда показывал, как лучше строить, шить и готовить пищу, потому что буддизм – это не что-то отдельное от нашей жизни. И когда один ученик находился на крыше строящегося дома, геше Вангьял поднялся по лестнице на крышу, подошёл к ученику и начал на него кричать: «Ты совершенно неправильно это делаешь. Ты всё портишь. Убирайся отсюда!» Ученик ответил: «Что вы имеете в виду? Я делаю именно так, как вы сказали». И геше Вангьял сказал: «А! Это и есть эгоистичное “я”, ложное “я”, которое нужно опровергнуть». Таким образом во время обычных дел геше Вангьял помогал нам понять, что является источником нашего ошибочного понимания. Он был великим учителем. Он не только преподавал тексты, не только проводил ритуалы, но также работал с учениками и побуждал их заниматься буддологией, становиться кандидатами наук, чтобы они по возможности продолжали преподавать в университетах.

Роберт Турман и Джеффри Хопкинс так и поступили: они преподают в университетах. Я поехал в Индию, там жил и старался разными способами помогать Его Святейшеству Далай-ламе. И если сейчас посмотреть на американские университеты, мы обнаружим, что многие из преподавателей являются учениками Турмана и Хопкинса. Это люди, которые как раз сочетают свою буддийскую практику с буддологией. И они также приглашают выдающихся тибетских мастеров из Индии, чтобы они тоже преподавали. Так живая буддийская традиция сочетается с буддологическим подходом.

Так что, я считаю, нужно поблагодарить геше Вангьяла за то, что он вдохновил этот подход. Калмыцкий народа может им гордиться. Он сделал большой вклад в развитие буддизма в современном мире, особенно в обществе, где многие люди потеряли традиционные ценности. Это очень важно, и вдохновляет то, что подход геше Вангьяла используется сейчас в Калмыкии, на его родине. И прекрасно, что сейчас мы проводим эту конференцию в честь четырёхсотлетия вхождения Калмыкии в состав России, что само по себе означало соединение традиционной буддийской культуры с европейской. Надеюсь, что вас, молодых студентов, это будет вдохновлять так же, как меня в своё время вдохновлял геше Вангьял и что этот подход к сочетанию буддийской практики с буддологией будет здесь процветать.