Размышление о страданиях, которые мы испытали бы в мире цепляющихся духов
Есть 500 видов цепляющихся духов (голодных духов), в том числе демонические духи (gdon-’dre), вызывающие определённые виды несчастных случаев, духи умерших (gshin-’dre, shi-’dre), духи, вселяющиеся в человеческие тела и овладевающие ими (btsan), а также могущественные духи-цари (rgyal-po), вызывающие определённые формы безумия. Однако к этой категории относятся не все духи: некоторые из них – это существа, застрявшие в бардо (bar-do-ba).
Более подробные описания цепляющихся духов и ползающих существ (животных) содержатся в «Великой сутре о близком размещении памятования» (mDo dran-pa nyer-bzhag chen-po, санскр. Mahā-smṛty-upasthāna Sūtra). Ожившие мертвецы – это также разновидность цепляющихся духов. Хотя получеловеческих существ, таких как киннары (mi-’am-ci, санскр. kinnara), можно отнести к категории людей, подобно тому как полубогов иногда относят к категории божественных существ, их участь ненамного лучше участи тех, кто находится в худших состояниях сансарного перерождения.
В «Большом руководстве по этапам пути» Цонкапы и в «Личных наставлениях Манджушри» (Lam-rim ’jam-dpal zhal-lung) Пятого Далай-ламы страдания ползающих существ рассматриваются перед страданиями цепляющихся духов, поскольку первые более невежественны, и потому их способность видеть реальность сильнее омрачена. Мы рассмотрим их в обратном порядке, как в «Быстром пути» (Lam-rim myur-lam) Второго Панчен-ламы и в тексте Пабонгки «Освобождение в вашей ладони», где цепляющиеся духи рассматриваются раньше ползающих существ, поскольку испытывают более тяжёлые страдания.
Родина цепляющихся духов – чрезвычайно пустынное и жаркое место, расположенное под поверхностью островов Розового Яблока. Согласно «Прояснению пути» Первого Далай-ламы их города находятся на глубине 500 древних миль под островами Розового Яблока; в нашей мировой системе это находится непосредственно под Вайшали (Yangs-pa-can) на территории современного штата Бихар в Индии. Некоторые из духов живут там, а другие скитаются по поверхности земли, оставаясь невидимыми для большинства людей.
Размышление об общих страданиях, которые мы испытали бы в мире цепляющихся духов
Цепляющиеся духи, как и большинство существ, страдают от жары, холода, голода, жажды, усталости и страха. Однако для них эти страдания гораздо тяжелее тех, которые испытываем мы, люди. Переродившись цепляющимся духом, мы ощущаем сильный жар не только от солнца, но и от луны. Мы страдаем от сильного холода, исходящего от ветра и воды, а иногда даже солнце и луна заставляют нас мёрзнуть. Дождь может ощущаться как град камней. Нам приходится голодать сотни лет. Если нам удаётся достать пищу, в нашем желудке она превращается в огонь. В нашем теле совершенно нет влаги. Когда мы пьём, жидкость обжигает желудок словно кислота. Мы изнуряем себя, постоянно гоняясь за иллюзорными видениями и миражами пищи и воды, которые исчезают, как только мы к ним приближаемся. Мы постоянно живём в страхе, что нас уничтожат более крупные духи. Когда мы устремляемся к миражу, в котором видим пищу, вместо неё встречаем ужасающего великана, готового разрубить нас на части.
Однажды Буддхаджняна посетил подземный мир цепляющихся духов и встретил там женщину-духа с 500 детьми. Она жалобно попросила разыскать её мужа, отправившегося в мир людей на поиски пищи, и передать ему, чтобы он вернулся домой. «Как я его узнаю?» – спросил мастер. «У него один глаз и иссохшая конечность», – ответила она.
Вернувшись на поверхность земли, Буддхаджняна действительно нашёл этого цепляющегося духа. Когда он передал ему слова жены, дух раскрыл ладонь и показал засохший сгусток слюны. Он сказал: «За все 12 лет, что я здесь, это единственная пища, которую мне удалось раздобыть. Однажды монах сплюнул её и посвятил нам, цепляющимся духам. Мне пришлось драться с целой толпой других духов, чтобы ей завладеть».
Размышление об особых страданиях, которые мы испытали бы в мире цепляющихся духов
Будучи цепляющимся духом, мы можем сталкиваться с внешними препятствиями и помехами (phyi’i sgrib). Например, мы можем быть не в состоянии есть или пить, даже когда пища или питьё находятся прямо перед нами, поскольку не видим их из-за омрачений, возникших вследствие нашей прежней кармы. Реки, которые людям кажутся полноводными, представляются нам высохшими; зелёные поля и деревья, усыпанные плодами, выглядят пустынными и бесплодными. У нас могут быть и внутренние препятствия (nang-gi sgrib). Наше тело может быть очень высоким, с нечётным числом конечностей, уродливыми зобами, огромным животом и шеей толщиной с иглу. Или наша шея может быть завязана в узел, так что ни пища, ни питьё не попадают в желудок. Кроме того, мы встречаемся и с другими особыми препятствиями и страданиями, связанными с пищей и питьём. Когда мы пытаемся что-либо съесть, у нас во рту пища превращается в огонь, а когда пытаемся выпить воды, она превращается в кислоту.
Чтобы понять проблемы и страдания этого несчастливого состояния существования, нам следует вспомнить, каково провести хотя бы один день без еды и питья, или представить, насколько мучительны язва и рак желудка. Если мы не думаем ни о чём, кроме следующего приёма пищи или проблем с пищеварением, в уме почти не остаётся места для мыслей о духовной практике или превентивных методах.
Один человеческий месяц равен одному дню жизни цепляющегося духа, а срок жизни этих существ составляет 500 лет, состоящих из таких дней, что равняется 15 000 нашим годам [в соответствии с «Сокровищницей особых разделов знания» Васубандху, III.83cd]. Мы можем переродиться цепляющимся духом после завершения жизни в одном из безрадостных миров или вследствие того, что обозвали человека голодным духом, особенно монаха. Однако главные причины такого обездоленного перерождения – скупость (ser-sna, санскр. mātsarya), жадность и отсутствие щедрости.
Во времена, когда Будда Шакьямуни одарил землю своим присутствием в облике, доступном для восприятия обычных людей, жил монах, мать которого была чрезвычайно скупа. Сын заставлял мать подносить Будде имевшуюся у неё шерсть, но всякий раз, когда ей приходилось расставаться с шерстью, ночью она тайком забирала её обратно. В результате она переродилась цепляющимся духом и компульсивно повторяла, подобно скупцу, недовольно бормочущему себе под нос: «Это слишком большое, слишком много, слишком хорошее».
Сын встретил эту бормочущую женщину-духа на берегу Ганга и очень испугался. Однако она узнала его и сказала: «Я была твоей матерью». Надеясь помочь ей накопить положительную кармическую силу, сын снова дал ей немного шерсти и попросил ещё раз поднести её Будде. Как и прежде, ночью она просто украла её и забрала обратно. Когда ей в следующий раз пришлось сделать это подношение, Будда взял шерсть, разделил её на множество частей и добавил их в набивку подушек, на которых сидят монахи. Благодаря этому она уже не смогла из скупости снова украсть шерсть. Полезно помнить этот пример, если нам приходится что-либо отдавать и у нас возникает мысль: «Это слишком дорогая и слишком хорошая вещь, чтобы её отдавать».
Если нам трудно отдавать то, что у нас есть, и мы копим всё своё имущество и знания, ничем не делясь, мы рискуем переродиться цепляющимся духом. Как всегда говорили геше традиции кадам:
Мы скитаемся в сансаре не из-за недостатка знаний, а из-за недостатка практики.
Если мы никогда не практикуем то, в чём объявляем себя знатоками, мы лишь обманываем самих себя.
Миларепа сказал:
Некоторые цепляющиеся духи хорошо знают сутры и тантры, а также языки, грамматику и прочее. Однако, поскольку они пренебрегали законами причинно-следственной связи в поведении, они переродились цепляющимися духами.
Поэтому, если мы учёные и обладаем обширными знаниями, но лишь накапливаем факты и сведения, не применяя свои знания в жизни и не делясь ими, следует помнить, что некоторые цепляющиеся духи искусны даже в дебатах. Благодаря своим предрасположенностям они умеют хорошо писать и владеют орфографией, но всё же они не смогли избежать перерождения в этом мучительном состоянии. Даже если мы каждый день начитываем садхану Ваджрабхайравы (rDo-rje ’jigs-byed), при отсутствии надлежащей духовной мотивации это всего лишь станет причиной перерождения цепляющимся духом с головой буйвола и парой рогов!
Размышление о страданиях, которые мы испытали бы в мире ползающих существ
К ползающим существам относится не только всё царство животных, независимо от способа передвижения этих существ, но и другие формы жизни, которые ползают и часто остаются невидимыми для обычных людей, например наги (klu, полулюди-полузмеи).
Как объясняет Васубандху в тексте «Сокровищница особых разделов знания» (III.83ab), наги – это разновидность ползающих существ со змеиным туловищем и верхней частью тела человека. Чаще всего они невидимы и живут на дне водоёмов, под деревьями и очагами, а также в кольцах озёр, окружающих центральную гору любой мировой системы.
Наги – самые разумные из ползающих существ и обладают огромными богатствами благодаря чудесным драгоценностям, исполняющим желания (yid-bzhin nor-bu, санскр. cintāmaṇi), которые они носят на темени. Однако сами они не могут пользоваться этими богатствами. Если пренебрегать правилами чистоты или осквернить либо разрушить место их обитания, например срубив или изуродовав их деревья, они часто навлекают неприятные кожные болезни, такие как нарывы, сыпь или проказу.
Если нагов не оскорблять, они выступают защитниками Дхармы. Например, Манджушри доверил «Сутру о праджняпарамите из ста тысяч строф» (Shes-rab-kyi pha-rol-tu phyin-pa stong-phrag brgya-pa’i mdo, санскр. Śatasāhasrikā Prajñāpāramitā Sūtra) нагам, живущим под землёй на дне озера, некогда заполнявшего долину Катманду в Непале. Нагарджуна благодаря своим сверхъестественным способностям посетил их подземный мир и принёс эту сутру с собой на землю как текст-сокровище (gter-ma, терма), когда увидел, что настало подходящее время для раскрытия и дальнейшего распространения учений махаяны.
Ползающие существа живут либо в океанах и озёрах, либо рассеяны по миру людей, а иногда и по мирам божественных существ. За редкими исключениями, им свойственно упрямое и невежественное отсутствие распознавания, и они находятся во власти своих инстинктов.
Размышление об общих страданиях, которые мы испытали бы в мире ползающих существ
К общим страданиям ползающих существ относятся:
- поедание друг друга,
- глупость и невежество,
- страдания от жары и холода,
- страдания от голода и жажды,
- эксплуатация и использование для работы.
[1] Не следует предаваться романтическим фантазиям о невинных, естественных и беззаботных радостях жизни дикого животного. Если мы переродимся в царстве животных, ничего весёлого в этом не будет, поскольку там все охотятся друг на друга и поедают друг друга. Если мы окажемся небольшим ползающим существом, например мышью, нас в любой момент может схватить кошка или ястреб либо проглотить заживо змея. Если мы будем крошечным насекомым, нас съест более крупное насекомое, птица или ящерица. Даже если мы окажемся слоном, на нас может напасть стая диких собак, а если китом, нас могут мучить тысячи крошечных существ, обгладывающих наше тело со всех сторон.
Отрицательная кармическая сила такого перерождения сама по себе предполагает, что нас убьют и съедят другие хищные животные или охотники либо нас убьют на бойне. Более того, некоторые люди, например специалисты по уничтожению вредителей, фермеры и строители, будут убивать нас просто из-за нашей принадлежности к определённой форме жизни, оставляя наш труп на съедение насекомым и червям. Если мы, к своему несчастью, переродимся животным, избежать такой участи будет невозможно.
[2] Будучи существом, которое передвигается, пригнувшись к земле или ползая по ней, мы не сможем приносить себе пользу, иначе как самыми примитивными способами. Даже если мы переродимся обезьяной или попугаем, которых можно научить нескольким забавным трюкам, нас невозможно будет научить благой мотивации, основанной на доброте и сострадании, не говоря уже о развитии бодхичитты, при которой мы посвящаем своё сердце другим и достижению высшего очищенного состояния.
Мы можем переродиться коброй и, возможно, научиться выползать из корзины при звуках флейты. Но затем нам останется лишь снова заползти в душный ящик. Если мы переродимся собакой, то, даже если перед нами появится будда и попытается дать нам глубокое наставление, мы увидим лишь тело из плоти и ничего не поймём. Мы сможем лишь жалобно вилять хвостом в надежде, что нас погладят по голове или дадут кусочек еды! Переродившись овцой, мы будем лишены распознавания. Не имея ни малейшего представления о том, что для нас хорошо, а что плохо, мы слепо последуем за вожаком стаи, когда нас поведут на убой.
[3] Представьте, каково быть животным с густой шерстью, весь день привязанным на солнцепёке и не имеющим возможности даже перебраться в тень. Или представьте себя дождевым червём, который после дождя иссыхает на бетоне из-за жаркого солнца. Переродившись животным, мы также испытывали бы сильнейшие страдания от холода. Если бы мы были коровой, нам приходилось бы просто стоять под снегом или ледяным дождём, пока нас не отведут в хлев. Мы не смогли бы надеть тёплую одежду или развести огонь.
[4] Лишь немногим животным выпадает возможность с комфортом жить в доме доброго человека и получать вдоволь пищи. Большинству животных приходится весь период бодрствования проводить в поисках еды. Даже если мы будем чьим-нибудь домашним животным, но нас оставят запертыми в доме и забудут покормить или дать воды, нам ничего не останется делать, кроме как сидеть и скулить!
[5] В зависимости от того, каким существом мы окажемся, нас могут использовать ради нашего труда, скорости или силы, наших забавных повадок или внешнего вида, вкусного мяса, яиц, шкуры, мускуса, бивней и прочего. Представьте, какой была бы наша жизнь, родившись мы курицей, запертой в тесной клетке, которую заставляют каждый день нести яйца и никогда не выпускают даже подвигаться, не говоря уже о том, чтобы побыть на солнце, а в конце концов забивают и превращают в корм для собак. Или представьте себя вьючным животным, пересекающим горы или пустыню с грузом соли на спине и вынужденным трудиться в рабских условиях, пока не упадёт от изнеможения. Даже если мы весь день сидим на коленях у богатого человека, от нас избавятся, как от старой тряпки, если мы начнём доставлять неудобства или заболеем.
Размышление об особых страданиях, которые мы испытали бы в мире ползающих существ
Многим существам приходится жить либо в тесных, удушливых условиях (bying-na gnas-pa), либо рассеянно (kha-’thor-ba). Если бы мы жили на дне океана, то постоянно находились бы в полной темноте. Нам пришлось бы всё время держать рот открытым и поедать всё, что в него попадёт, даже если это наша мать! Или мы можем провести всю жизнь запертыми в клетке, словно узники, либо постоянно находиться на привязи, как в одиночной камере, служа людям домашними питомцами для развлечения. Оказавшись вдали от себе подобных, мы могли бы жить на улицах городов, питаясь отбросами, с трудом находить пищу и укрытие, подвергаться садистским прихотям людей.
У ползающих существ нет определённой продолжительности жизни. Крошечные насекомые живут совсем не долго, а некоторые наги могут жить целую промежуточную эпоху. Основные причины перерождения ползающим существом – презрение к Дхарме или к любым учителям Дхармы, следование животным инстинктам, например бездумная и неумеренная сексуальная распущенность при полном отсутствии самоконтроля, а также глупая привычка обзывать других словами, означающими животных. Как говорили геше традиции кадам:
Можно в шутку назвать кого-нибудь обезьяной или ослом, но, когда вы сами переродитесь обезьяной или ослом, будет не до шуток.
Подобный пример приводит Кшемендра (dGe-ba’i dbang-po) в тексте «Исполняющее желания древо сотен поучительных рассказов» (dPag-bsam khrid-shing, санскр. Avadāna-kalpalatā), XXXIX. Однажды группа из 500 рыбаков поймала в сеть морское чудовище (chu-srin, санскр. makara) с 18 головами разных животных. Они спросили Будду Шакьямуни, что стало причиной столь необычного перерождения. Будда объяснил, что в прошлой жизни, во времена третьего Будды, Кашьяпы, это чудовище было небуддийским учёным из жреческой касты браминов по имени Капила, сыном Ману (Shed-bu Ser-skya). Победив в формальных дебатах всех учёных своей деревни и всё же не получив признания, он услышал от матери, что для обретения известности ему следует вступить в дебаты с монахами одного из крупных буддийских монастырских университетов. Капила сказал, что у него нет шансов их победить. Однако его мать придумала хитрый план. Она велела сыну обозвать каждого монаха словом, означающим одно из животных. Поскольку монахи в ответ на эти оскорбления проявят терпение и промолчат, победителем объявят его. Капила так и поступил с 18 монахами и вследствие своей глупой гордыни переродился морским чудовищем с 18 головами разных животных.
Поначалу многим из нас может быть трудно представить страдания узника безрадостного мира или цепляющегося духа, однако страдания ползающего существа, например животного, вполне очевидны. Мы развиваем привычку осознавать качество их жизни, представляя себя, например, овцой: нас ведут на убой, мы смотрим снизу вверх на мясника с ножом в руке, а затем нам перерезают горло. Или мы представляем, каково быть крошечным морским существом, запертым внутри коралла, либо ослом, на которого взвалили огромный груз, с открытыми, гноящимися ранами на спине, облепленной мухами мордой и которого человек неистово хлещет кнутом. Мы также можем представить себя тараканом или мухой: когда мы влетаем или вползаем в комнату, другим кажется, что появился самый страшный злодей на свете. Все, кто нас видит, хотят лишь раздавить нас.
В следующий раз, когда нам захочется потакать неуместному сексуальному влечению, нам следует представить себя старой, дряхлой, кишащей блохами сукой во время течки, на которую набрасывается свора дерущихся, воющих дворняг, или представить себя одной из собак в этой своре. Благодаря таким размышлениям ужасы и страдания этого несчастливого состояния перерождения, в котором мы легко можем оказаться после смерти, если не будем осторожны, станут для нас реальными и живыми. Несомненно, это должно побудить нас практиковать превентивные методы и поможет почувствовать сострадание к этим несчастным существам.
Не нужно просить лам о гадании (mo, thugs-dam), чтобы узнать, где мы переродимся. Если мы исследуем, какие кармические импульсы постоянно возникают в нашем уме и какие действия мы компульсивно совершаем, то вполне можем понять, куда направляемся. От того, чтобы обзавестись шерстью, хвостом и четырьмя лапами, нас отделяет лишь один вдох. Если мы сейчас перестанем дышать, то сразу умрём и можем войти в бардо в облике грызуна, попасть в утробу крысы в канализации и, не успев опомниться, уже лежать в нечистотах с длинным розовым хвостом, своим писком требуя молока.
Нагарджуна сказал в тексте «Письмо другу» (83):
Тот, у кого есть отрицательная кармическая сила, но кто тысячекратно не страшится, услышав о безграничных страданиях в безрадостных мирах, от которых его отделяет лишь остановка дыхания, должно быть, по своей природе [твёрд] как алмаз.
Поэтому есть традиция Геше Ченгавы перед каждой сессией медитации читать строфу из текста Чандракирти «Вступление на срединный путь» (dBu-ma-la ’jug-pa, санскр. Madhyamakāvatāra), II.5:
Теперь, когда я обрёл [перерождение, в котором нахожусь] в своей власти и могу жить соответствующим образом, если я не удержу себя [от разрушительных действий], то, упав в бездну [худшего состояния перерождения] и оказавшись [в перерождении, в котором я] во власти других [сил] (gzhan-dbang), как я смогу вновь выбраться оттуда?
Некоторые из нас могут считать, что в худших перерождениях нет ничего страшного: если подождать достаточно долго, отрицательная кармическая сила, удерживающая нас в этом состоянии, исчерпается, а затем благодаря накопленной прежде положительной кармической силе мы переродимся человеком. Но кого мы обманываем? Если, имея сильное желание что-либо получить, мы не можем вытерпеть даже один день, не говоря уже о том, чтобы простоять час в очереди, как мы сможем терпеливо ждать в одном из безрадостных миров целые эпохи?
Оказавшись в одном из худших перерождений, мы лишимся свободы и не сможем улучшить своё положение. Более того, почти все наши действия окажутся саморазрушительными. Компульсивно действуя под влиянием своих отрицательных предрасположенностей, мы лишь ухудшим свою будущую жизнь. Если мы родимся кошкой, то каждое замученное или убитое живое существо, например мышь или насекомое, будет всё больше отдалять нас от очищенного состояния.
Только от нас зависит, как мы распорядимся драгоценной человеческой жизнью. В наших силах определить, кем мы станем в будущем – человеком, божественным существом, узником безрадостного мира или насекомым. Было бы прискорбно не принять никаких мер, уберегающих от ужасного перерождения.
Как сказал Нагарджуна в тексте «Письмо другу» (60):
Родившиеся людьми и совершающие отрицательные поступки даже глупее тех, кто использует украшенный драгоценными камнями золотой сосуд, чтобы собирать свою рвоту.
Поэтому во время сессий медитации мы снова и снова последовательно размышляем на следующие темы, развивая начальный уровень духовной мотивации – стремление сделать лучше свои будущие жизни.
- Сначала мы подтверждаем свою всецелую приверженность духовному наставнику. Мы напоминаем себе, что нам повезло вдвойне: у нас есть не только будда, который указывает нам путь, но и драгоценная человеческая жизнь с временными свободами и богатыми возможностями, позволяющими нам улучшить своё положение.
- Затем мы размышляем о том, что в момент смерти мы всё это потеряем. Осознание того, что мы непременно умрём и что это может произойти в любой момент, мотивирует нас воспользоваться своим положением и осмысленно прожить свою драгоценную человеческую жизнь. Мы будем готовиться к смерти, следуя наставлениям своего учителя о практике Дхармы, поскольку только это поможет нам, когда мы умрём.
- Далее мы рассматриваем страдания и проблемы худших перерождений, которые могут последовать за нашей смертью, если мы не практиковали Дхарму. Как сказал Геше Потова (dGe-bshes Po-to-ba Rin-chen-gsal): «Я боюсь не столько смерти, сколько перерождения. Смерть длится лишь один миг, а перерождение в одном из худших состояний может длиться адски долго».
Осознание того, что может произойти после смерти, если мы не практиковали никаких превентивных методов, вызывает в нас острое желание прилагать усилия ради блага своих будущих перерождений. Также это укрепляет нашу решимость воспользоваться возможностями своей драгоценной человеческой жизни, следуя наставлениям духовного учителя. Если мы сейчас не сделаем ничего созидательного, чтобы и впредь обретать такие драгоценные перерождения, нынешняя жизнь окажется нашим единственным шансом. Нам необходимо найти надёжное направление, в котором мы будем двигаться.
В тексте «Основа текстов о правилах дисциплины» (’Dul-ba lung gzhi, санскр. Vinaya Vastu) рассказывается о двух племянниках Ананды, которые стали монахами, но были слишком ленивы и не прилагали никаких усилий, чтобы научиться читать. Ананда поручил их воспитание Маудгальяяне, который с помощью своих сверхъестественных способностей вызвал во дворе сцену из одного из безрадостных миров. Юноши услышали снаружи ужасные крики и, выйдя на улицу и увидев два котла с кипящей медью, спросили, что это такое. Маудгальяяна ответил: «Это котлы, в которых будут вариться ленивые племянники Ананды, ставшие монахами, но так и не пожелавшие читать и учиться!»
Юноши пришли в ужас и спросили, как избежать такой участи. Тогда Маудгальяяна объяснил им законы причинно-следственной связи в поведении. После этого они стали заниматься с радостным усердием и научились читать. Всякий раз, вспоминая ту адскую сцену перед едой, они теряли аппетит, а если они вспоминали её после еды, их начинало тошнить.
Через некоторое время Маудгальяяна вызвал во дворе другую сцену, на этот раз из одного из божественных миров. Юноши услышали чарующие звуки небесной музыки, а выйдя наружу, увидели дворец со множеством необычайно привлекательных и прекрасных дакини. Когда они спросили, что это такое, Маудгальяяна ответил: «Вот что ожидает племянников Ананды, которые стали монахами и усердно учились». После этого юноши стали заниматься и практиковать с ещё большим усердием и радостью.
Однажды они спросили, могут ли они, переродившись в таком божественном мире, снова пасть в худшее состояние. «Конечно, – ответил Маудгальяяна. – Пока вы связаны беспокоящими эмоциями и кармой, нет никакой определённости в том, где вы переродитесь. Сансара подобна вращающемуся колесу (’khor-lo, санскр. cakra): то, что было внизу, поднимается наверх, но затем снова опускается». Племянники сказали: «Если так, научи нас практикам, которые позволят нам полностью выбраться из этого затруднительного положения». Тогда Маудгальяяна объяснил им четыре благородные истины. Так они быстро стали архатами, освобождёнными существами, которые одолели своих внутренних врагов и достигли нирваны, освободившись от всех проблем. Таким образом, размышление о страданиях худших перерождений занимает очень важное место в поэтапном процессе обучения тому, как правильно воспользоваться своей жизнью.
Итак, как Цонкапа сказал в тексте «Сокращённые положения поэтапного пути» (Lam-rim bsdus-don), 10:
Этот ресурс, [драгоценная человеческая жизнь] с [восемью] временными свободами, ещё более исключителен, чем драгоценность, исполняющая желания. Такое [перерождение, скорее всего,] достигается только однажды. Его трудно обрести и легко потерять, [оно исчезает, как вспышка] молнии в небе. Размышляя [о моей драгоценной человеческой жизни] таким образом и осознавая, что все мирские дела подобны [попытке] отсеять [что-нибудь полезное из] шелухи, я должен всё [время], днём и ночью, извлекать суть.
Так практиковал вдохновляющий, безупречный Лама. Устремлённый к освобождению, я буду практиковать точно так же.