Восприятие изменчивых явлений как неизменных

Другие языки

Как сделать учение частью своей жизни

Перед началом сегодняшнего занятия я попросил вас вспомнить основные темы вчерашнего обсуждения. Очень важно делать это после лекции и после чтения. Я говорю не просто о чтении газеты или рекламы на билборде: это касается такого чтения, когда мы учимся – изучаем Дхарму или что-либо ещё. Почитав книгу или послушав учение, нужно сразу после этого постараться вспомнить основные моменты. Тогда это отпечатается в нашем уме. Затем нужно проверить, что осталось у нас в памяти на следующий день.

Также полезно записывать, потому что иногда мы не можем вспомнить достаточно ясно или путаем детали. Однако полагаться лишь на конспекты недостаточно. Например, когда придёт смерть, мы не сможем сказать: «Одну минуту, мне нужно посмотреть в своих записях, о чём нужно памятовать во время смерти». Всё это должно быть в активной памяти, как говорится, «под рукой», и мы должны быть способны вспомнить об этом мгновенно.

Слушая или читая наставления, нужно прилагать усилия к тому, чтобы их усваивать, запоминать и делать частью своего опыта – не просто запоминать шутки и смешные моменты, но и помнить суть услышанного или прочитанного. Это часть практики медитации. У медитации много аспектов, и это один из них, который можно назвать обзорной медитацией или беглой медитацией.

Какую медитацию мы бы ни практиковали, прежде всего нужно помнить наставления. Нельзя просто сесть и сказать: «У меня нет ни малейшего представления о том, что нужно делать. Я не помню, в чём заключается практика». Даже практикуя самую базовую медитацию, например сосредотачиваясь на дыхании, нужно помнить: «Что я делаю? Как это делается? Зачем это делать?» – и так далее. Обзорная медитация – не просто интеллектуальное упражнение: с её помощью мы усваиваем материал.

Полезно выражать всё своими словами. Переводчик должен помнить каждое сказанное слово, чтобы всё перевести. Но также важно уметь выразить мысль своими словами, чтобы подтвердить своё понимание. Можно делать это самостоятельно, а можно помогать друг другу, работая в паре или в группе. Один человек объясняет, а другой выражает его мысль своими словами. Так можно помогать друг другу усваивать знания.

Тибетские монахи и монахини обучаются посредством дебатов, проверяя понимание друг друга на прочность с помощью вопросов и убеждаясь, что понимание другого человека последовательно и он себе не противоречит. Даже если мы не практикуем дебаты и не изучаем логику, в чём нет абсолютной необходимости, если только мы не хотим по-настоящему во всё это углубиться, – тем не менее, можно просто задавать друг другу вопросы о том, кто как понял ту или иную тему, и поправлять друг друга, проясняя трудные места с помощью аудиозаписей, конспектов и так далее. Тогда наше понимание станет более правильным и точным.

Вот почему важна мотивация: нам нужно стремиться к ясному пониманию. Если нам всё равно, мы можем сходить на учение, но наставления будут влетать в одно ухо и вылетать из другого. Возможно, это мероприятие даст нам возможность пообщаться с людьми, но не более того. Нужно стремиться понять, и это зависит от нашей мотивации. Есть много уровней мотивации, и в буддизме есть целый раздел, посвящённый тренировке мотивации, чтобы она становилась всё сильнее, но мы не будем сейчас углубляться в подробности. 

Пустотность и проекции: повторение

Вчера мы начали обсуждать пустотность (пустоту) и увидели, что речь идёт об отсутствии – об отсутствии того, чего никогда не было. Речь идёт не просто об отсутствии объекта, которого никогда не было в этой комнате, например, о том, что здесь никогда не было президента Италии. Может быть, он заходил в ту комнату, но не заходил в эту. Речь не идёт об отсутствии объекта, вещи, человека, машины в этой комнате. Мы говорим об отсутствии того, что невозможно, и не просто об отсутствии несуществующей вещи, например чудовища, а об отсутствии невозможных способов существования. Некоторых вещей не существует, например чудовищ, но также есть существующие вещи. Тем не менее, они не существуют невозможным образом.

Кстати, в буддизме разница между существующим и несуществующим заключается в том, что существующее может быть объектом достоверного познания. Сумасшедший может считать себя Наполеоном или Клеопатрой, но это недостоверное познание, потому что оно противоречит познанию остальных людей. Они скажут: «Да ладно тебе, ты не Клеопатра».

Также мы говорили о проекциях: наш ум создаёт проекции по поводу разных вещей. Некоторые проекции связаны только с тем, чем является объект. Например, мы можем увидеть огородное пугало, но наш ум создаст проекцию того, что это человек. Подойдя ближе, мы увидим, что это ошибка и наше восприятие было неправильным. Это была ошибочная проекция. Тем не менее, мы можем увидеть вдалеке неясный объект, у нас не будет уверенности по поводу того, что это, но мы спроецируем, что это человек. Подойдя ближе, мы можем обнаружить, что это на самом деле человек и наша проекция была точной.

Уверен, что у всех был подобный опыт, может быть, с пугалом или с человеком. Например, мы видели издалека человека, который шёл в нашем направлении, и думали, что это наш друг, но не были уверены. Когда он подходил ближе, иногда наше предположение оказывалось верным, а иногда неверным: оказывалось, что это просто человек, похожий на нашего друга. Однако в случае с пустотностью речь идёт не о проекции того, чем является объект, например другом или незнакомцем, а о том, как он существует. Это можно рассматривать на всё более тонких уровнях, но давайте вернёмся к этому позднее.

Ментальные голограммы и проекции 

Таким образом, тема пустотности связана с невозможными способами существования. Мы можем проецировать возможные и невозможные способы существования. «Проецировать» – немного забавное слово, потому что как минимум в английском у него есть коннотация чего-то ошибочного. Это всё усложняет. Когда мы познаём объект, например видим его, слышим, так или иначе размышляем о нём, наш ум создаёт ментальную голограмму.

С научной точки зрения у нас действительно есть ментальные голограммы. Например, свет попадает на различные палочки и колбочки нашей сетчатки, и это передаётся в мозг в виде электрических импульсов и химических реакций. Мозг преобразует всё это, и что получается? Мне кажется, трудно описать это иначе, чем в виде ментальной голограммы. Мы видим именно ментальные голограммы, не правда ли? Они могут быть правильными или неправильными, но я не уверен, что их можно назвать проекциями. Возможно, это будет не очень точно. 

Например, если я сниму очки и посмотрю на вас, мой ум создаст голограмму размытых цветных пятен. Это правильная голограмма? Нет. Надев очки, я увижу чёткую голограмму человеческих тел. Таким образом, некоторые ментальные голограммы точные, а некоторые неточные. Никто не согласится с тем, что эта комната наполнена размытыми цветными пятнами, не так ли? Можно ли назвать это проекцией? Не знаю. Здесь трудно подобрать термины. В буддизме при изучении подобных тем всем терминам даются точные определения.

Когда мы видим объект, падающий со стола, что мы на самом деле видим? Это как на киноленте: в каждый момент времени мы видим стакан в немного отличающемся положении. Стакан падает со стола, достигает пола и разбивается – весь этот процесс не происходит одновременно, в один момент. Это ещё один тип ментальной голограммы, который объединяет все эти моменты, и поэтому мы видим, что стакан падает со стола и разбивается.

Ещё удивительнее то, как мы понимаем язык. Мы даже не слышим всё слово в один момент. В одно мгновение мы слышим только согласную, а затем гласную. На то, чтобы услышать предложение, требуется определённый промежуток времени, но, тем не менее, мы слышим всё предложение в целом. В один момент мы слышим только очень краткий звук, однако наш ум создаёт нечто наподобие звуковой голограммы, благодаря чему мы понимаем смысл. Если подумать, это невероятно. Можно ли назвать это проекцией? Или как бы мы это назвали? Определённо, это нечто, что создаёт наш ум, и это чрезвычайно полезно и необходимо: в обратном случае мы не могли бы разговаривать.

Распознавание и различение

Мы не смогли бы выжить, если бы в своём уме не могли бы видеть последовательности. Например, мы видим, что к нам приближается каменная глыба. Мы объединяем картину в одно целое и видим: «Если этот процесс продолжится, глыба меня заденет». Тогда мы, конечно, отходим. Нам это необходимо, чтобы функционировать. Иногда мы слышим, как об «умопостроениях» говорят в негативном ключе, но многие из них совершенно необходимы для нашего функционирования. Вот почему нужно развивать распознавание, чтобы видеть разницу между полезным и вредным, точным и неточным.

Для понимания пустотности требуется распознавание. Часто это слово очень вольно переводят как «мудрость», но слово «мудрость» настолько расплывчатое, что ничего не значит. В буддизме есть несколько разных терминов с очень точными определениями, которые переводят одним и тем же словом «мудрость». Это несправедливо по отношению к традиции, потому что слишком сильно всё упрощает. На самом деле речь идёт о способности к распознаванию – например, к распознаванию того, что точно и что неточно, для того чтобы мы могли отказаться от неточного, понимая, что это не соответствует действительности.

Чтобы понять пустотность, нужно распознать, как существует явление, а точнее, как установить, что явление существует: что устанавливает, или доказывает, что явление существует. Но это касается более тонкого уровня. Давайте начнём с более общего объяснения.

У нас множество ментальных факторов, сопровождающих разные типы сознания. Есть ментальные факторы, сопровождающие наше зрительное сознание, когда мы что-либо видим; сопровождающие слуховое сознание, когда мы что-либо слышим; сопровождающие ментальное сознание, когда мы о чём-либо думаем, и так далее. Любой тип сознания сопровождается множеством ментальных факторов. Один из самых важных факторов – различение. Я отличаю цветные формы вашего тела от цветных форм стены. В зрительном поле восприятия я вижу множество цветных форм и могу отличать один объект от другого.

Иногда этот ментальный фактор переводят как «узнавание», но это крайне неточный перевод. Речь идёт о различении. Мы делаем это в каждый момент времени, а иначе мы не могли бы функционировать. Мы не могли бы отличить цветные формы двери от цветных форм стены и пытались бы пройти через стену. Нам необходимо различать объекты в поле восприятия, не правда ли? Если проанализировать, то что мы видим? Только цветные формы? Нет. Мы видим объекты, не правда ли? Откуда мы знаем, где провести границу между этой группой цветных форм и цветными формами вокруг неё?

Это уже очень глубокий вопрос. Эти линии можно обнаружить в самом объекте или только в уме? Исследовать это очень важно, и это более глубокий вопрос, особенно если посмотреть на субатомный уровень: где границы между вещами? Это очень интересно.

Чувство некоторого уровня счастья и несчастья

Есть и много других ментальных факторов: в буддийских текстах есть целые списки, причём они отличаются, это не всегда один и тот же список. Другой важный фактор – чувство. В данном контексте в буддизме говорится о некотором уровне счастья, несчастья или нейтрального чувства, которое возникает в очень глубокой медитации. Наше восприятие может сопровождаться целым спектром чувств. Именно это отличает нас от механизмов – от видеокамер или компьютеров. Компьютеры работают с информацией, но мы не только работаем с информацией, но и переживаем своё восприятие этой информации с некоторым уровнем счастья или несчастья. Компьютер или робот не чувствует себя счастливым или несчастным, получая сенсорную информацию и взаимодействуя с ней. Вот что важно отметить, когда речь идёт о совокупностях, составляющих каждый момент нашего восприятия.

Под совокупностью чувств имеется в виду только переменная счастья и несчастья. Здесь речь не идёт об эмоциях, они относятся к другой категории. Иногда в наших языках возникают трудности: у нас нет столь чёткого разделения. Поэтому приходится говорить о «чувстве некоторого уровня счастья», и это несколько многословно. В каждом языке есть свои трудности с выражением подобных понятий. В некоторых языках это проще, в других труднее.

Изучая Дхарму, важно обращать на это внимание. Часто люди неправильно понимают буддийское учение из-за неточного или сбивающего с толку перевода терминов. Я видел это на своём опыте, и большинство переводчиков также с этим сталкивались. Но не нужно считать, что эта трудность возникла только у нас на Западе. Китайцам очень трудно понимать терминологию индийского буддизма, потому что их язык очень сильно отличается от индийских языков.

Правильное восприятие и неправильное восприятие

Как бы там ни было, я хотел рассмотреть ментальный фактор восприятия (буквально «рассмотрения»). То же самое слово означает «внимание». У этого термина два аспекта: как мы обращаем внимание и как мы это рассматриваем (чем мы это считаем). Буквально термин означает «принятие в ум». У нас есть правильное восприятие и неправильное восприятие, «согласующееся» и «несогласующееся», в зависимости от того, согласуется ли оно с тем, как на самом деле всё существует.

Далее, чтобы понять пустотность, важно продвигаться шаг за шагом. Сначала нужно понять типичные примеры неправильного восприятия и осознать их ошибочность. С помощью распознавания нужно попробовать увидеть вещи такими, какие они на самом деле. Тема пустотности рассматривает, каким образом существуют все явления, в первую очередь личности – опять же, это сложное слово, потому что речь идёт не только о людях, но и о животных и разных формах жизни, обладающих умом, то есть обо всех существах как об индивидах. Однако тема пустотности также затрагивает и то, как существуют остальные объекты – наш компьютер, машина и так далее.

Неизменные и изменчивые явления

Одна из переменных, связанная с нашим восприятием вещей, – являются ли они «постоянными» или «непостоянными», как это обычно переводят. Мы ошибочно воспринимаем непостоянные вещи как постоянные. Однако важно рассмотреть этот термин. Я обычно его не использую, потому что у слов «постоянный» и «непостоянный» два совершенно разных смысла. Во-первых, это может означать, что явление существует вечно или невечно, а второй смысл – меняется ли оно с течением времени, пока оно существует, или остаётся неизменным. Это две разные переменные. В целом, в буддизме этот термин не означает срок существования явления – вечное оно или временное, и обычно относится к тому, меняется ли оно от момента к моменту. Но в этом контексте неправильного восприятия иногда оно также относится к аспекту вечного или временного существования. В обоих смыслах (неизменное/изменчивое или вечное/временное) наше неправильное восприятие может быть доктринальным (то есть мы этому научились) или самопроизвольным.

Например, я воспринимаю своё тело как вечно молодое. Я смутно осознаю, что однажды я умру, но я проецирую, что в течение жизни моё тело всегда будет сильным и подтянутым, оно никогда не менялось и никогда не изменится. У меня есть образ себя как 25-летнего человека, хотя мне уже 62. Это очень распространённая ситуация, не так ли? Шестидесятилетний мужчина встречает 25-летнюю женщину и в своём уме по-прежнему представляет своё тело привлекательным, как будто ему тоже 25. У него нет представления о том, как он выглядит на самом деле. Из-за этого он ведёт себя так, как будто он может показаться привлекательным 25-летней женщине. Как правило, это заканчивается разочарованием.

Наше тело меняется, становясь всё старше, и это правильное восприятие, которое нужно сохранять. Но иногда нам даже не хочется смотреть на себя в зеркало: у нас просто есть образ своего тела как вечного молодого. Это ошибочно.

Мы можем научиться этому неправильному восприятию своего тела из рекламы: «Пользуйтесь этим кремом – и будете вечно молодыми». Идея о том, что наше тело никогда не меняется, может быть доктринальным неправильным восприятием (основанным на пропаганде и рекламе), а может быть самопроизвольно возникающим неправильным восприятием. В последнем случае нам не нужно этому учиться: образ самих себя как вечно молодых и никогда не меняющихся возникает у нас автоматически. В данном случае мы путаем вечное и неизменное.

Это очень интересно. В подростковом возрасте мы считаем тех, кому 30 лет, старыми. Когда нам самим исполняется 30, это быстро меняется: теперь тридцатилетние уже не старые, а старые – те, кому 50. Затем это снова меняется, и, даже когда нам 80, мы всё равно не старые, потому что есть люди, которым 90, и это они старые. Моя мать жила в деревне для престарелых, и там всем было за 60, но они были «молодыми», а люди в домах престарелых – «старыми». Конечно, по сравнению с ними, те, кто жил в деревнях для престарелых, были молодыми. Интересно, не правда ли?

Для нас характерно неправильное восприятие, когда мы считаем изменчивое явление неизменным. Это может быть наше тело или компьютер. Мы проецируем и ожидаем, что компьютер будет работать всегда. Мы не думаем о том, что компьютер постепенно стареет и в конечном счёте сломается. А как насчёт наших CD-дисков, старых видеокассет и тому подобного? Нам кажется, что эти вещи не меняются, но на самом деле они постепенно портятся и однажды сломаются и перестанут работать. Мы вставим диск, и звук будет нечётким, а затем диск полностью сломается. Но нам кажется, что он не меняется и всегда будет одним и тем же.

Это неправильное восприятие касается и нас самих. Мы можем говорить: «Вот такой я человек. Лучше научись с этим жить!» Или: «Мне это нужно, потому что я такой человек». Нам кажется, что наша личность, наши предпочтения и нужды никогда не меняются: «Ты должен принять меня таким, какой я есть». Хотя с точки зрения точной терминологии это не совсем пустотность, нам нужно осознать, что это невозможно. Тело не остаётся одним и тем же, наша личность не остаётся одной и той же. Всё меняется. Например, депрессия не остаётся всё время одинаковой. Чувствуем ли мы несчастье в каждый момент времени? Нет, это меняется, мы чувствуем взлёты и падения, даже если мы в так называемой депрессии.

Таким образом, очень важно понять, что вещи, на которые влияют причины и условия, изменчивы. Они возникают в силу причин и условий и меняются в силу причин и условий. Например, у нас депрессия, мы чувствуем себя несчастными. Кто-то шутит, и мы смеёмся. В этот момент, когда мы смеёмся, мы по-прежнему несчастны? Очевидно, что нет: шутка влияет на нас. Поскольку на нас влияют причины и условия, мы меняемся от момента к моменту.

Давайте поразмышляем об этом в контексте нашего опыта. Есть ли у нас неизменный образ себя, своей личности, того, кем мы являемся? Как насчёт наших вещей, например машины или компьютера: кажется ли нам, что они всегда будут работать так, как сейчас? Давайте над этим поразмышляем. Скорее всего, большинство из нас обнаружит, что у нас есть застывший образ самих себя или наших вещей, как будто они статичны и неизменны, и тогда нам нужно осознать, что это абсурдно. Подобные неправильные концепции не относятся ни к чему реальному. Они ошибочны. Тогда мы просто пытаемся отказаться от этого убеждения: «Это не соответствует действительности».

Вот почему я начал лекцию с разницы между ментальной голограммой и проекцией. Когда мы видим своё тело или тело другого человека, возникает ментальная голограмма. Ментальная голограмма нашего тела – не проблема. Проблема в том, как мы её воспринимаем. Вот о чём идёт речь, когда мы говорим о проекции с западной точки зрения. Существует ли тело как неизменный объект или оно меняется от момента к моменту?

Ещё лучше привести в качестве примера «наши отношения». Являются ли наши отношения с другим человеком неизменными и стабильными или они меняются от момента к моменту? Это очень понятный пример: нам кажется, что наши отношения очень прочные и стабильные. Действительно ли это так? Мы можем только на это надеяться.

В буддизме говорится о тонкой и грубой изменчивости. Грубая изменчивость – это факт, что что-либо закончится. Если у нас есть отношения, они закончатся. Или мы умрём первыми, или другой человек, или мы расстанемся. Отношения не могут быть вечными, они в любом случае закончатся. Тонкая изменчивость – это факт, что наши отношения меняются от момента к моменту, приближаясь к завершению. Почему они закончатся? Потому что мы встретились. Если бы мы не встретились, наши отношения не могли бы закончиться. Если мы расстались после ссоры, она была лишь обстоятельством разрыва, но не глубочайшей его причиной.

Точно так же, если задуматься, в чём причина смерти, причина смерти – это рождение. Если бы мы не родились, нам не нужно было бы умирать. Это не значит, что нужно быть фаталистами. Мы просто наслаждаемся тем временем, которое проводим вместе, полностью осознавая, что наши отношения будут меняться от момента к моменту и однажды подойдут к концу. Люди расстаются. Это важный момент, о котором нужно размышлять. Если считать отношения, тело, личность или что-либо ещё статичными, никогда не меняющимися и вечными, это причинит нам много страданий. 

«Неизменный» означает, что на явление ничто не влияет, как если бы мы были единственным человеком и единственным объектом внимания в жизни другого человека. На наши отношения будет влиять то, что наш партнёр будет общаться с другими людьми, менять работу, болеть и так далее. На них влияют причины и условия. Поразмышляйте над этим. Это подводит нас к методу медитации на пустотность. Мы как бы повторяем: «Деда Мороза не существует, Деда Мороза не существует». Не существует стабильных, неизменных, вечных отношений, их не может быть ни с кем. Если мы верим в обратное, это всё равно что верить в Деда Мороза.

[медитация]

Какие у вас есть вопросы?

Вопросы

Основано ли ваше объяснение пустотности на текстах Нагарджуны?

Мы не зашли достаточно глубоко и не разбирали опровержение, о котором говорил Нагарджуна, но, в целом, да, оно основано на учении Нагарджуны.

Мне кажется, что есть два объяснения пустотности. Одно из них, как у вас, может помочь нам лучше жить: нужно размышлять над непостоянством и воспринимать вещи более адекватно. Другое объяснение, как у Нагарджуны, состоит в том, что вещи не существуют.

Если внимательнее посмотреть на слова Нагарджуны, он не говорит, что непостоянства в смысле изменений от момента к моменту не существует. Вопрос в том, как мы понимаем то, что меняется? Внутри вещей есть нечто, что само по себе доказывает собственное существование, и оно меняется от момента к моменту? Существует ли субстрат, который остаётся тем же самым от момента к моменту? Это подобно тому, как багаж движется на конвейерной ленте, от момента к моменту меняя свою позицию, но оставаясь одним и тем же предметом?

Мы можем гораздо глубже продвинуться в понимании процесса изменений. Нагарджуна не отрицает изменения. Он анализирует, как они происходят, и отрицает то, что они происходят невозможным образом. Однако он не отрицает, что всё меняется от момента к моменту. 

Возможно, вещи действительно меняются от момента к моменту, но осознать это очень трудно, возможно, слишком трудно. Не будет ли полезнее воспринимать вещи как меняющиеся в человеческом ритме? Например, считать отношения совершенно неизменными – это одна крайность, но, с другой стороны, очень трудно считать их меняющимися от момента к моменту. Может быть, есть «срединный путь» – правильно воспринимать их меняющимися в человеческом ритме?

Конечно, таким образом мы приближаемся к пониманию непостоянства и перемен. Сначала нужно понять грубое непостоянство – то, что отношения рано или поздно закончатся – или смертью, или расставанием; или наш компьютер сломается. Мы начинаем с самого очевидного периода, а затем переходим к более кратким периодам. Мы можем посмотреть, что наши отношения с партнёром были разными, например, до свадьбы и после свадьбы; после свадьбы и после рождения детей; после рождения детей и после того, как дети выросли и стали жить отдельно. Конечно, по прошествии времени мы видим перемены. Но затем постепенно мы можем перейти к изменению от момента к моменту. Понимание должно прогрессировать шаг за шагом.

Чтобы осознавать, как вещи меняются от момента к моменту, нужно быть достаточно чувствительными. Мне кажется, в отношениях это немного проще, потому что, например, разговаривая с другим человеком, мы можем заметить, что его или её настроение и эмоции меняются. Иногда мы хорошо общаемся, а иногда не очень хорошо понимаем, что говорит или делает другой человек. Я думаю, в случае с отношениями увидеть мгновенные изменения проще, чем в случае с компьютером или телом.

Возвращаясь к вашему вопросу, Нагарджуна всё анализирует и подвергает сомнению. Например, есть ли субстанция, которая остаётся той же самой на протяжении периода изменений? Например, молоко становится йогуртом, а йогурт – сыром. Существует ли одна субстанция, которая может превращаться в три разные вещи, оставаясь одной и той же? Молоко, йогурт и сыр – это одно и то же или они друг с другом совершенно не связаны? Как работает причинно-следственная связь?

По аналогии, существуют ли одни и те же «наши отношения», которые меняются: «наши отношения до свадьбы», «наши отношения после свадьбы» и так далее? Можно ли сказать, что это одна «вещь»? Если да, мы можем оказаться в очень странной ментальной ситуации: «Ты никак не взаимодействуешь с нашими отношениями. Как ты относишься к нашим отношениям?» Это становится очень странным. Существуют ли отношения, которые всегда остаются одними и теми же, а меняются только обстоятельства, или наши отношения становится совершенно другими после рождения детей?

Мы начинаем с более общего понимания: это явление рано или поздно разрушится и закончится. Затем переходим к периодам меньшего масштаба, затем – ещё меньшего, и наконец – к отдельным моментам. В конечном счёте мы доходим до анализа: «Если вещи меняются от момента к моменту, как работает причинно-следственная связь?» Это уже очень тонкий и глубокий вопрос.

Избавляясь от проекций, мы всё яснее видим вещи так, как есть. Мне интересно, а какие они?

Работая над пониманием пустотности и пытаясь отличать реальность от фантазии, мы продвигаемся постепенно. Опровергнув самое грубое заблуждение, мы смотрим, что осталось. Например, нам нужно принять, что вещи нестабильны, нестатичны и рано или поздно закончатся, что наш компьютер или машина сломается. Затем мы смотрим, что осталось. 

Осталась вещь, которая будет существовать только некоторый период времени. Брак начинается с клятвы «пока смерть не разлучит нас», так что даже брачные отношения длятся лишь некоторое время. Затем мы понимаем, что наши отношения будут меняться и станут другими, когда мы заведём детей. Осознав, что в наших отношениях будут разные периоды, мы переходим к тому, что осталось после этого – к более коротким фазам отношений. Мы начинаем работать с ними, избавляясь от возможных оставшихся заблуждений.

Затем мы осознаём, что наши отношения будут меняться от момента к моменту, но что остаётся, когда мы избавляемся от заблуждений по этому поводу? У нас по-прежнему остаётся заблуждение, что наши отношения подобны плотному объекту, который претерпевает эти ежесекундные изменения, что это обнаружимая «вещь». Нам нужно избавиться и от этого, и после этого мы двигаемся дальше и анализируем на ещё более глубоком уровне.

Если мы перейдём к самому тонкому уровню понимания с самого начала и не будем продвигаться поэтапно, в большинстве случаев (хотя здесь может быть одно исключение на миллиард) мы просто ничего не поймём: самый тонкий уровень понимания будет казаться тривиальным. Например, в некоторых текстах, в частности школы кагью, можно увидеть анализ: «Где ваш ум? Какого он цвета? Ваш ум не зелёный и не жёлтый. Он в вашем носу? В подмышке?» Хорошо, мы не можем найти свой ум, у него нет цвета, но в итоге мы говорим: «Ну и что? Конечно, мой ум не в носу и он не зелёный и не жёлтый. Ну и что?» Получается, что этот более тонкий уровень никак на нас не повлиял и ничем не помог.

Однако это очень глубокие вопросы: если задать их в конце длительного и постепенного процесса анализа, мы увидим, какой в них смысл. Нельзя начинать с конца, потому что в итоге мы просто скажем: «Ну и что?» Так что, возвращаясь к вопросу о том, как всё на самом деле, есть много уровней и много ответов на этот вопрос.

Top