Что такое практика Ваджрабхайравы – Ямантаки?

Другие языки

В этот вечер меня попросили дать введение в систему Ваджрабхайравы (rDo-rje 'jigs-byed), которая относится к высшему классу тантры, ануттарайога-тантре. Я думаю, что намерение человека, который попросил меня дать учение, его мотивация состояла в том, что, так как в традиции гелуг Дже Цонкапы особо подчёркиваются три основные тантрические системы – Гухьясамаджа (gSang-ba 'dus-pa), Чакрасамвара ('Khor-lo bde-mchog) и Ваджрабхайрава, – было бы полезно иметь общее представление об этих системах. Я уже говорил в предыдущих визитах о Чакрасамваре и Гухьясамадже, и теперь я буду говорить про Ваджрабхайраву.

[См.: Что такое практика Гухьясамаджи? См. также: Что такое практика Чакрасамвары?]

И это может быть немного необычно, потому что здесь не так много людей, которые занимаются этой практикой, и люди могут быть немного озадачены тем, что будет сказано. Думаю, я мог бы дать немного информации об этом.

Ануттарайога-тантра

Для начала нам нужно общее представление о том, что такое тантра. В начале буддийской практики мы зарождаем правильную мотивацию, чтобы практиковать с состраданием. Мы хотим помогать другим, настолько, насколько это возможно. И с точки зрения контекста махаяны – «великой колесницы» или «обширной колесницы» – мы хотим не только достичь освобождения для себя, но хотим достичь состояния будды и таким образом помогать всем другим существам в равной степени, не только некоторым. Поэтому мы устремляемся к тому, чтобы достичь состояния будды: нам нужно тело, речь и ум будды, и нам нужно достичь этого наиболее эффективным способом.

Есть несколько путей, с помощью которых мы можем достичь тела, речи и ума будды. Но если мы проанализируем более глубоко, мы увидим, что по-настоящему нам надо работать над тончайшим уровнем ума и тончайшей энергией тончайшего уровня ума. Этот уровень переходит от одной жизни к другой и будет продолжаться после достижения просветления. Все заблуждения, беспокоящие эмоции и компульсивность нашей сансарической, кармической жизни возникают на более грубом уровне, не на тончайшем уровне, который обеспечивает продолжительность потока.

Нам нужно каким-то образом получить доступ к этому тончайшему уровню и не только находиться на нём, но и работать с ним для трансформации его в тело, речь и ум будды. Но для того, чтобы сделать это, у нас должна быть очень сильная мотивация, потому как это по-настоящему сложно сделать. Нам нужна мотивация обширного сострадания ко всем существам. Мы думаем, как ужасно, что все существа страдают, и мы готовы прилагать невероятные усилия, чтобы в действительности достичь состояния будды и таким образом наилучшим образом помогать всем.

Что препятствует нам в достижении состояния будды? Наше заблуждение, наша лень, наш плохой характер и гнев, наша привязанность. Это наши настоящие враги – беспокоящие эмоции и отрицательные состояния в нашем уме. И нам действительно нужна очень мощная сила для того, чтобы просто не сдаваться и не давать заблуждению управлять нами. Нам нужна комбинация сострадания – мы хотим помогать всем – и силы: «Я не дам всему этому мусору, который происходит в моём уме, помешать мне, когда я помогаю другим». Например, когда мы ленимся, мы думаем: «Мне не хочется этого делать, не хочется помогать другим». Через это надо переступать.

То есть мы должны использовать очень сильную энергию. Но работать с очень сильной энергией опасно. Если вы работаете с очень сильной энергией, опасность в том, что вы становитесь опрометчивыми, энергия берёт верх над вами и это быстро переходит в гнев, не так ли? Как в боевых искусствах, вы должны быть очень сильными внешне и на сто процентов спокойными внутри.

Для того чтобы преодолеть заблуждение и лень, нам нужно полное понимание реальности – с буддийской точки зрения, понимание пустотности – что вещи не существуют невозможными способами, которые проецирует наш ум. С таким пониманием мы хотим прорваться сквозь грубые уровни со всеми заблуждениями и спуститься к тончайшему уровню, и для этого прорыва нужна большая сила.

Мы обычно приходим к этому состоянию тончайшего уровня во время смерти. Во время смерти, во время так называемого ясного света смерти, до наступления промежуточного состояния бардо и перерождения, мы испытываем этот уровень ясного света. Я извиняюсь за этот двойственный способ выражения, как будто мы испытываем это, как будто есть отдельное «я». Отдельного «я» нет. Другими словами, наша умственная активность в рамках этого короткого периода умирания – это только тончайший уровень.

Но обычно, когда мы при смерти, мы полностью не осознаём, что происходит: не осознаём потенциал и способности этого тончайшего уровня ума. У нас есть привычки заблуждаться – все эти привычки компульсивного поведения, основанного на заблуждении и беспокоящих эмоциях. И что происходит из-за того, что мы находились под влиянием этих привычек на протяжении многих жизней? Новое сансарическое рождение. Определённый набор привычек активируется и создаёт следующую сансарную жизнь, полную такого же компульсивного поведения и заблуждения. Так происходит обычная смерть.

Мы хотим преодолеть такую смерть и вместо этого в медитации прийти к тончайшему уровню умственной активности. Мы используем огромную силу для того, чтобы туда добраться. Если наш ум полностью спокоен и мы понимаем реальность, мы можем применить это понимание в момент проявления ясного света, для того чтобы:

  • состоянию ясного света сопутствовало понимание пустотности, то есть реальности;
  • тончайшая энергия трансформировалась и проявилась в форме будды.

Если мы делаем это достаточно часто и с достаточной силой, то сможем находиться в этом состоянии всегда. Таков путь высшего класса тантры.

Общее введение в систему Ямантаки

Ямантака (gShin-rjeg shed, gShin-rje mthar-byed) – это особая практика, которая делается для преодоления смерти. Яма означает «смерть», «Владыка смерти», а антака – это «тот, кто прекратил», то есть Ямантака – «Тот, кто покончил с Владыкой Смерти». Ямантака изображается в виде очень сильного, мощного будды, и внутри его сердца находится Манджушри – очень миролюбивый, спокойный, с полным пониманием реальности.

В традиции гелуг эта практика имеет большое значение. Там есть система, объединяющая практики трёх божеств – Гухьясамаджи, Чакрасамвары и Ямантаки (Ваджрабхайравы). Практика Ямантаки подобна контейнеру, так как включает две остальные практики. И все практики защитников, которые делают в традиции гелуг, делаются в контексте самопроявления в виде Ямантаки.

Практика Ямантаки стала особенно популярной и широко распространённой не только среди тибетцев, но также в монгольских и маньчжурских регионах, где распространился тибетский буддизм.

Мой опыт

Я бы хотел рассказать об истории этой системы и о её различных аспектах, чтобы вы узнали, как эта практика развивалась. Было бы не совсем правильно подробно рассматривать саму практику, поскольку многие из вас её не практикуют.

Сначала немного о моём опыте. Я получал посвящение Одиночного божества Ваджрабхайравы (rDo-rje ‘jigs-byed dpa’-bo gcig-pa) много-много раз:

  • от Его Святейшества Далай-Ламы;
  • от Йонгдзина Линга Ринпоче, который был учителем Его Святейшества по Ваджрабхайраве;
  • от Ценшаба Серконга Ринпоче, моего основного учителя, который также был учителем Его Святейшества;
  • от геше Нгаванга Даргье;
  • от его основного учителя, Гьюме Кензура Ринпоче Угьена Цетена, бывшего настоятеля Нижнего Тантрического Колледжа.

И я получал:

  • Тринадцать божеств Ваджрабхайравы (rDo-rje ‘jigs-byed lha bco-gsum), посвящение от Его Святейшества и Йонгдзина Линга Ринпоче;
  • дженанг (rjes-snang, последующее разрешение), четырёхголового Ваджрабхайравы от геше Нгаванга Даргье;
  • учение по основному комментарию на текст Одиночного божества от Серконга Ринпоче и геше Нгаванга Даргье;
  • многочисленные наставления по огненной пудже, самопосвящению, параметрам мандалы и множеству вспомогательных практик Ямантаки от Серконга Ринпоче.

Я продолжаю практиковать каждый день уже на протяжении сорока лет. Я говорю всё это не для того, чтобы показать, какой я великий йогин, которым я, конечно, не являюсь, а чтобы показать, что, если вы хотите практиковать любые из этих практик, вы должны получать учения снова и снова, множество раз. И существует огромное количество учений. Не думайте, что какие-либо из этих систем простые. Это не так.

Важно очень серьёзно подходить к любой практике тантры. Если вы этим занимаетесь – заниматься этим каждый день всю жизнь. Это не для тех, у кого заячье сердце и кто думает: «Я недельку попрактикую, а потом, если понравится, я буду практиковать дальше, а если не понравится – то нет». Подходить таким образом к практике тантры опасно. В тантре мы делаем много разных визуализаций, представляем разных божеств, и от этого у нас может пойти кругом голова, особенно если мы пробуем работать с тонкими энергиями тела.

Поэтому важно подходить к этому очень серьёзно и реалистично, понимать, насколько это сложно. Я не пытаюсь вас испугать, просто хочу, чтобы вы были реалистами. Это не детские игры. Это соответствует учениям о вирье – усердии, одной из шести парамит (далеко ведущих состояний ума). Шантидева указывает на два главных аспекта этой парамиты.

  • Первое – нам нужно подходить к задаче реалистично и понимать, что это будет трудно и займёт много времени.
  • А потом нам нужно просто взять себя в руки и делать это.

Формы Ямантаки

Ямантака – название системы, которая включает три группы божеств.

  • Ваджрабхайрава,
  • Кришна Ямари, то есть Чёрный Ямари (gShin-rje gshe dnag-po),
  • Ракта Ямари, то есть Красный Ямари (gShin-rje gshed dmar-po).

Ямантака – обобщённое название всех трёх, но в традиции гелуг в первую очередь мы практикуем Ваджрабхайраву. Иногда Ваджрабхайраву просто называют Ямантакой. На монгольском намного проще произнести «Ямантака», чем «Ваджрабхайрава», поэтому это название используется чаще.

У Ваджрабхайравы голова буйвола, и над ней голова Манджушри. Есть три основных формы. Как вы знаете, в тантре у каждого божества множество форм, и важно к этому быть готовыми и не удивляться, когда мы видим какие-то другие формы, а мы думали, что существует только одна форма.

  • Форма, которую наиболее часто практикуют в гелуг: у неё 9 голов, 34 руки, 16 ног. И помните, что в тантре все эти многочисленные головы, руки и ноги – это метод для того, чтобы одновременно удерживать в сознании различные постижения, различные аспекты пути. В этой мандале 49 божеств, 13 божеств или одно божество – есть три варианта. Мандала – это дворец, в котором божество «живёт», или находится. Не в том смысле, что там есть кухня и гостиная, но это место, где мы располагаемся как божество. Каждый аспект дворца также представляет определённое постижение или аспект пути.
  • Форма с 6 головами, 6 руками и 6 ногами, которая упоминается в «Воспевании имён Манджушри» (’Jam-dpal mtshan-brjod, санскр. Манджушри-намасамгити) – одном из текстов, который относится к Калачакре.
  • Форма с 4 головами, 8 руками, 4 ногами, которая встречается в собрании последующих разрешений (дженангов) «Ринджунг гьяца» (Rin-’byung brgya-rtsa, «Источник драгоценных средств достижения океана йидамов»), которое включает 100 различных божеств.

Но у всех перечисленных форм Ямантаки – голова буйвола и над ней голова Манджушри. У Красного и Чёрного Ямари нет головы буйвола.

Если вас интересует иконография, то Чёрный Ямари встречается в формах:

  • с 6 головами, 6 руками и 6 ногами,
  • с 3 головами, 2 руками, 2 ногами.
  • с 1 головой, 2 руками, 2 ногами.

Красный Ямари, как правило, изображается в форме с 1 головой, 2 руками и 2 ногами.

О чём всё это говорит? Есть много разных вариантов, разных форм, в которых образы будд могут перед нами представать. И что за всем этим стоит? То, что будда может проявляться в любой форме, для того чтобы помогать другим. Одним ученикам больше поможет одна форма, а другим больше подойдёт другая. Если какая-либо форма становится излишне популярной и практику начинают упрощать, например, появляются футболки с изображением Калачакры и так далее, то, как правило, открывают новую форму, потому что такие вещи не должны чрезмерно распространяться. Это должно быть личным.

Давайте остановимся на форме Ваджрабхайравы с 9 головами. Есть две основные традиции.

Одна идёт от Мала Лоцавы (Mal Lo-tsa-ba Blo-gros grags). Она присутствует в сакья, в некоторых традициях кагью и в джонанге. В данном случае 9 голов расположены рядами. То есть первый ряд – три головы, над ним ещё три и ещё три. Кстати, 9 голов символизируют 9 различных классов буддийских текстов.

Вторая линия – линия Ра Лоцавы (Rva Lo-tsa-ba rDo-rje grags-pa), которая как раз практикуется в традиции гелуг. Там головы располагаются по кругу: одна в середине, над ней ещё две и по три с каждой стороны от них.

Вот что касается иконографии и истории искусства, достаточно с этим. Не привязывайтесь к одной форме, думая: «Это должно быть именно так. Моя традиция правильная, а все остальные неправильные». Может быть огромное количество вариантов чего угодно. Добро пожаловать в мир тибетского буддизма.

Происхождение учения

Традиционная история

Как появилось это учение? Традиционная история – Будда предстал в форме Ямантаки, точно так же как и в случае других тантр, когда он представал в форме Гухьясамаджи или Чакрасамвары. Он дал это учение в ста тысячах главах. Оно было сокрыто в земле под названием Уддияна, или на тибетском Ургьен (U-rgyan). Это место, откуда пришёл Гуру Ринпоче. Учение хранилось внутри ступы Дхармаганджа, которую почитали все дакини. Все считали эти учения особенными и почитали их.

Это учение было принесено из Ургьена в Индию в 10 веке мастером Лалитаваджрой из монастыря Наланды. В 11 веке оно пришло в Тибет. Из Тибета оно распространилось в Монголию и к маньчжурам, и в Пекине это была очень важная практика, когда Пекином правили маньчжуры. Это буддийская версия истории.

Где находится Уддияна (Ургьен)

Теперь давайте подойдём к этому как учёные и посмотрим, имеет ли это какой-то смысл с исторической точки зрения. Как нечто подобное могло появиться в Ургьене, в Уддияне?

Где находится Уддияна? Согласно современным археологическим исследованиям, она находится в долине Сват – это современный северо-западный Пакистан. Для простоты я буду называть это место Ургьен, потому что так его называют на тибетском. Итак, речь идёт о царстве, которое располагалось высоко в горах на северо-западе современного Пакистана. Для того чтобы понять, почему это учение появилось и развилось именно в этом регионе, важно обратиться к истории божества Ямы, Владыки Смерти, потому что, как вы помните, Ямантака означает «Тот, кто повергает Владыку Смерти», и мы говорили о том, почему мы хотим освободиться от обычной смерти.

И это не просто интересная история, я нахожу полезным знать, почему именно в этой местности появились эти формы и эти учения, что стоит за этим. Потому что в обратном случае это будет из области мифологии, то есть это будет фантазия, которую мы будем связывать с буддизмом. Если мы увидим, что буддийское описание подтверждается научно, исторически, то тогда это может помочь нам добиться большей уверенности. Во всяком случае, я нахожу это полезным для себя.

Яма

Итак, кто такой Яма? Это довольно распространённый образ, который обнаруживается в индоиранской культуре, как с иранской, так и с индийской стороны. Яма упомянут в десятой книге «Ригведы». Это древнейший индийский текст, и там упоминается, что Яма был первым смертным, который умер и таким образом стал владыкой смерти. Он описывается очень мудрым, и он определяет следующее перерождение умерших. Мы находим это во множестве культур: есть тот, кто вершит суд, будучи владыкой смерти. В данном случае он известен под именем Яма, и его с самого начала ассоциируют с мудростью, он очень разумен.

И далее, в более позднем тексте, в «Катха-упанишаде», Яма – уже учитель, то есть он ещё больше ассоциируется с мудростью. В дальнейшем Ямантаку связывают с Манджушри, воплощением мудрости, понимания реальности. Но связь с мудростью появляется ещё из индийской, доиндуистской истории этого божества в связи с Ямой.

Яму также иногда называют Дхармой. И мы говорим здесь о периоде до кодификации индуизма, то есть о том, что было в Древней Индии до формирования этой традиции. Слово Дхарма в той традиции обозначало «справедливость», и Яму называли Дхармой в том смысле, что он поддерживал порядок, а именно порядок кармы и перерождений. Также его называют Дхармараджей – Царём Дхармы (Chos-rgyal). И точно такое же имя он получает впоследствии в буддизме, став одним из буддийских защитников. Как считается, Ямантака одержал победу над Ямой, сделал его защитником, то есть усмирил его. Существует три формы Дхармараджи – внешняя, внутренняя и тайная. Таким образом, имя Дхармараджа появляется уже в добуддийском контексте.

В буддизме много божеств-защитников, которые пришли из более раннего индуистского или даже иранского контекста. Считается, что Гуру Ринпоче и другие мастера их усмирили, дали им обеты, и они теперь защищают практикующих Дхарму. Поэтому в Дхарме есть различные практики, связанные с этими защитниками, и в том числе Яма появляется под именем Дхармараджа и Ямараджа (дословно «царь Яма»). Все эти имена были известны ещё до буддизма.

В текстах Яму также называют Кала. Кала – очень интересное санскритское слово, оно имеет два значения – «время» и «чёрный». В данном контексте Кала означает время, потому что время – это то, что приводит к смерти. Прохождение достаточного количества времени означает смерть. В практиках защитников Яму также называют Каларупа, что означает «воплощение времени» – «форма» или «тело» времени, облик, который принимает время, облик Владыки смерти. И ещё одно связанное имя – другое известное божество, Махакала, что дословно означает «великая форма времени». Причём тибетцы перевели в данном случае кала не как «время», а как «чёрный» (nag-po), они называют его Великий Чёрный (Nag-po chen-po). Поэтому иногда изучать и тибетский и санскрит полезно для того, чтобы прояснять проблематичные моменты.

В Упанишадах говорится о восьми или о десяти защитниках направлений, и Яма – один из них. Яма – один из пятнадцати защитников направлений в буддийских практиках Ямантаки, Гухьясамаджи и других. Также Яма – один из восьми защитников направлений, которые пребывают на восьми кладбищах, окружающих многие из мандал ануттарайога-тантры, например Ямантаки, Ваджрапани Махачакры, Чакрасамвары, Ваджрайогини и Хеваджры. Таким образом, Яма происходит из индийской культуры в целом, его история не является сугубо буддийской.

Очень важно отметить, что буддизм не появился в вакууме. Это индийская религия, или традиция, у которой много общего с тем, что впоследствии стало известно как индуизм и джайнизм. И у этих традиций много общего – это единый резервуар идей и концепций, таких как карма, перерождение, божества и так далее. Это часть всех этих традиций, потому что те, кто практиковали их, жили в тесной, неразрывной связи друг с другом, это был единый резервуар, или плавильный котёл.

Все индуистские божества восседают на том или ином животном. В частности, Яма едет на самце азиатского буйвола. То есть изначально в этой мифологии и иконографии Яма ассоциировался с азиатским буйволом. Там он становится стражем адов.

Вскоре после этого Яма появляется как божество, которое относится к окружению Шивы, потому что все божества индуизма группируются или вокруг Шивы, или вокруг Вишну-Кришны. Ещё одно имя Шивы – Бхайрава. И в буддийском контексте этому божеству фактически даётся имя Шивы, просто перед именем Бхайрава ещё добавляется «ваджра» – Ваджрабхайрава.

В одном из более поздних текстов индуизма, в «Маркандея-пуране», Шива покоряет Яму. И там Шиву зовут Калантака, то есть «Тот, кто повергает Калу» (повергает время). И опять же, Кала – это другое имя Ямы. Потом, соответственно, в буддизме мы видим вместо Калантаки Ямантаку – «Тот, кто повергает Яму».

Эти две традиции, буддийская тантра и шиваитская, развивались параллельно, и поэтому очень многое из того, что есть в шиваитской традиции, мы находим и в буддийской. Например, если говорить о буддийской Калачакре, то многое из мифа о Калачакре можно обнаружить и в индуистском варианте.

Когда мы всё это изучаем, как это помогает нашей практике? Мы можем посмотреть на это с двух сторон.

  • Мы можем сказать: «Да, всё так и было. Будда появился в этой ступе, там были дакини и так далее. Ну а что там учёные говорят про исторический контекст – кого это всё интересует?»
  • Или мы можем быть учёными, буддологами, которые больше уделяют внимание археологическим фактам и читают санскритские тексты: «Все эти буддийские истории – просто красивая мифология».

Но мы также можем посмотреть одновременно на обе картины, посмотреть, есть ли в буддийской версии исторические факты. Мы увидим, что есть определённый процесс, который происходил в Древней Индии, процесс развития тантры. С одной стороны, были буддийские школы, с другой стороны – шиваитские. И они старались наилучшим образом понять, как достичь с помощью тантрических методов своих целей: освобождения и просветления – в том виде, в каком каждая из традиций их понимала.

Различные взгляды на то, кто такой Будда

Когда мы говорим о том, что Будда учил тантрам, и можно найти описания, как это происходило, важно не думать, что в данном случае под Буддой имеется в виду Будда Шакьямуни – исторический Будда. Потому что это совсем не тот Будда, который учил тантрам.

Если мы посмотрим, как Будда описан в Палийском каноне, мы увидим, что это совсем не тот Будда. Описание совершенно не совпадает с тем Буддой, который учил тантрам. И подойдя к этому, учитывая исторические источники, мы сделаем вывод, что такого быть не может. Мы решим, что только одна позиция верна, а другая неверна.

Есть много разных описаний Будды.

  • В Палийском каноне он изображён как историческая личность. Он был принцем и совершил определённые деяния.
  • В сутрах махаяны мы увидим совершенно другого Будду. Он может излучать бесчисленные эманации, которые появляются в полях, сферах будд. Он учит огромное количество различных существ, таких как асуры, дэвы, гандхарвы, то есть тех существ, которые упоминаются в традиционной индийской, можно сказать, мифологии.

Вот как Будда описан в махаяне. Потому что в махаяне будда – это тот, кто учит всю вселенную. Это другой Будда. Описывается, что он достиг просветления на самом деле много эонов (эпох) назад и в своей жизни Будды просто продемонстрировал просветление, которое он уже достиг ранее, для того чтобы учить таким образом всю вселенную. Но если мы посмотрим на исторического Будду, то это совершенно другая картина, это не то же самое. Мы можем запутаться.

В тантрах же Будда описан совершенно иначе. Он появляется в виде различных божеств, таких как, например, Ваджрадхара, или в нашем случае – Ямантака, или это может быть Калачакра и Чакрасамвара. Они появляются, чтобы учить живых существ так, как это следует делать в данную эпоху. Но эта эпоха не определяется в историческом смысле и не будет соответствовать историческим датам жизни Будды Шакьямуни.

Давайте сделаем вывод из того, что было сказано. Если мы зададимся вопросом: «Исторический Будда, затем Будда, который описан в сутрах махаяны, и тот Будда, который появлялся в виде тантрических божеств, – это один и тот же Будда, это одна и та же личность? Или это разные личности?» Мы будем вынуждены ответить, что это одна и та же личность, потому что они не отдельны друг от друга. Это не разные личности. Но встаёт вопрос, как описать, как определить эту личность? Есть три способа взглянуть на Будду с точки зрения наших целей. Мы можем смотреть на него с точки зрения Палийского канона как на исторического Будду, или с точки зрения сутры махаяны, или с точки зрения ануттарайога-тантры. Это просто разные способы описания, разные возможные варианты видения этой личности. И конечно, если продолжать эту тему, то мы можем зайти очень далеко.

Можно провести классическую аналогию с водой, гноем и нектаром – то, как разные существа видят одно и то же:

  • людям это кажется водой,
  • голодным духам это кажется гноем,
  • боги видят это как нектар.

Если мы зададимся вопросом: «Чем же на самом деле является то, что они видят?» – мы не найдём там ничего. Тем не менее, мы можем достоверно обозначить это или как воду, или как нектар, или как гной.

Мы можем точно так же смотреть на Будду с разных точек зрения. Получается, что все эти различные способы, все различные видения Будды достоверны, просто они достоверны в разном контексте. И если мы будем смотреть на них с точки зрения этого контекста, то не будет никаких противоречий с исторической или буддологической точки зрения. Если мы понимаем этот буддийский анализ разных точек зрения, у нас не будет противоречий между тем, чтобы быть хорошими практикующими и одновременно без фанатизма признавать, что существует также буддологическая и историческая точка зрения, исследование текстов, и нам не будет казаться это чем-то неуместным.

Итак, если мы посмотрим на индуистский или доиндуистский контекст этой истории, то именно там появляется Яма и даже тот, кто повергает Яму, то есть Шива.

Если мы посмотрим на иранскую культуру, то увидим, что в зороастризме, а точнее в том, что было до того, как появился формально зороастризм и были записаны его тексты, существовала так называемая Авеста. Зороастризм появился на основе писаний Авесты, точно так же как индуизм – на основе Вед. И в Авесте точно так же был Яма, которого называли Йима. Там точно так же говорится, что это первый смертный, который умер и стал в результате стражем адов.

Связь между Ямой, Ямантакой и Ургьеном

Интересный вопрос: что в Уддияне (Ургьене) такого, что именно оттуда пришёл Гуру Ринпоче и тантры также появились оттуда? Когда речь идёт об искусных средствах, говорится, что Будда появляется именно там, где люди к этому готовы, где есть в этом наибольшая необходимость. И он появляется в соответствии со способностями, склонностями людей. Именно таким образом будда понимается в тантрах, такова его активность. Ургьен был центром большой Кушанской империи, которая управлялась Кушанской династией. Это царство распространялось от восточного Ирана до северо-западной Индии. Соответственно, в этом регионе были смешаны древнеиндийские и иранские идеи, мифология, терминология. Речь идёт о периоде с 1-го века нашей эры по начало 3-го.

Таким образом, в этом регионе было три основных традиции на тот момент: это иранская традиция, с другой стороны, доиндуистская традиция, которая была представлена поклонением Шиве и шиваитскими тантрами, и там же был буддизм. Конечно, когда в одном регионе сосуществуют три традиции, они не отделены друг от друга. Между ними происходит постоянный обмен идеями, они не изолированы.

Там были различные представления о Яме: с одной стороны, в иранской традиции, затем в индийской небуддийской, и наконец в буддийской. В буддийском варианте появляется Ямантака – «Тот, кто повергает Яму». Точно так же как в шиваистской традиции Шиву называют Калантака – «Тот, кто повергает Калу». Причём как у Ямы, так и у Ямантаки голова азиатского буйвола. И конечно, интересно, почему же у них голова азиатского буйвола. Это довольно странно, не правда ли?

Почему у Ямантаки голова азиатского буйвола

Очень интересна буддийская версия этой легенды. Одному святому сказали, что он достигнет просветления после 50 лет медитации. И он медитировал в пещере 49 лет, 11 месяцев и 29 дней, то есть ему до окончания периода в 50 лет оставался один день. Но его прервали два вора, которые ворвались в его пещеру, причём они привели с собой украденного азиатского буйвола. Они обезглавили буйвола непосредственно в присутствии отшельника. Отшельник попросил их: «Подождите хотя бы ещё несколько минут, у меня заканчивался срок в 50 лет до конца отшельничества». Но они его не послушали и тут же обезглавили. Итак, в истории далее говорится, что этот отшельник настолько разозлился, что он взял голову буйвола и надел поверх собственной головы. Так он стал Ямой, Владыкой Смерти. После чего он убил двоих воров, а их кровь выпил из чаш, сделанных из их же черепов.

Он был настолько расстроен и зол, что решил убить всех жителей Тибета (кстати, это тибетская история). Тибетцы очень испугались за свои жизни и взмолились бодхисаттве Манджушри, чтобы он о них позаботился, защитил их. Тот превратился в Ямантаку, который был точно таким же, как Яма, но в 10 раз более могущественным и устрашающим. Затем Манджушри в форме Ямантаки поверг Яму и сделал его защитником буддизма.

Итак, что мы узнали из этой истории? Пожалуйста, не рассматривайте подобные рассказы просто как сказки, которые можно рассказывать детям. Можно исследовать мифологию и посмотреть, какие уроки можно извлечь из каждого мифа, как их можно рассматривать с психологической точки зрения, например, как это делается в юнгианской психологии.

Помните, мы говорили о том, что, когда мы умираем, появляется ясный свет смерти – тончайший уровень ума. В высшем классе тантры мы имитируем процесс умирания и таким образом получаем доступ к этому тончайшему уровню ума с помощью особых тонких методов. Поэтому Ямантака имитирует Яму и у него тоже голова буйвола. В практике Ямантаки мы просто имитируем процесс умирания, разумеется, при этом не умирая.

А почему это буйвол, почему не козёл или не собака? Мы можем только догадываться, почему буйвол. Я должен сказать, что сам не знаю. Не исключено, что это связано с тем, что азиатский буйвол – очень сильное животное, которое используют в Индии для тяжёлой работы. Причём в данном случае речь идёт именно о буйволе, о быке, а не о корове, не о женской особи буйвола. Поэтому я предполагаю, что речь идёт о силе этого животного.

Ямантака как Защитник

И хотя мы находим упоминания о Ямантаке как о божестве в истории мастера Лалитаваджры, который жил в 10-м веке, тем не менее, Ямантака, появляется в буддийской тантре ещё до этого, как защитник, в частности в Гухьясамадже. И по мнению некоторых учёных, речь идёт о 4 веке. В соответствии с традицией, однако, Будда учил Гухьясамадже царя Индрабхути из Ургьена, который правил во второй части 8 века.

В Гухьясамадже есть практика «защитного колеса». В Ямантаке и также в Хеваджре эта практика также появляется и становится очень важной. Это защитное колесо представляет собой безопасное пространство, безопасную сферу, в которой находится практикующий, защищённый с десяти сторон защитниками. Это очень важно и полезно с психологической точки зрения, потому что человек чувствует себя защищённым, в безопасности. Например, это важно во время сессий групповой терапии и в других видах терапии. Поскольку ничто извне нам не повредит, мы можем расслабиться. Установление защитного круга есть во многих тантрических практиках. В практике Гухьясамаджи, а также Ямантаки и Хеваджры, один из защитников на этом колесе – Ямантака. К тому же уже в самом дворце Гухьясамаджи есть 4 хранителя врат, одним из которых является Ямантака. В Калачакре Ямантака также присутствует как один из защитников врат мандалы тела, а также один из 60 защитников в защитном колесе. В этих случаях у Ямантаки три головы, шесть рук и две ноги и он относится к семейству будды Вайрочаны. То есть Ямантака появляется в качестве защитника, который устраняет возможные вмешательства или препятствия ещё до того, как он стал самостоятельным медитативным божеством, в виде которого мы себя представляем.

Ямантака в других тантрах до Лалитаваджры

Ещё до упоминания в одной из тантр, относящейся к периоду жизни Лалитаваджры, Ямантака упоминается и в других тантрах, в том числе в «Коренной тантре Манджушри» (Манджушри-мулакалпа), которая относится к 7 веку. Он также упоминается в «Манджушри-намасамгити» – «Воспевании имён Манджушри». Это текст из цикла Калачакры, и он, вероятно, также датируется 7 веком. Так что связь между Ямантакой и Манджушри появляется уже в то время.

Лалитаваджра

Что же касается Лалитаваджры (Rol-pa’i rdo-rje) в 10 веке, он был из Ориссы и учился в университете Наланда. В то время он изучал «Манджушри-намасамгити». Он обнаружил в этом тексте определённые строки в секции «Восхваление зеркалоподобного глубокого осознавания». Я не буду зачитывать их все, потому что для этого недостаточно времени. Некоторые из этих строк звучат так:

(66д–67аб) Он Ваджрабхайрава, устрашающий ваджрный устрашитель. Правитель неистовых, шестиликий и устрашающий, шестиглазый, шестирукий, полный силы.
(68аб) Он повергший смерть, Ямантака, царь тех, кто чинит препятствия, Ваджравега, ваджрная мощь, устрашающий.

Ваджравега – это мощный аспект Калачакры. Обратите внимание, в коренной мантре Ваджравеги есть восхваление на санскрите: «…кто действует от имени Ваджрабхайравы». Имя Ваджрабхайрава также возникает в гирлянде мантры Ваджравеги из 72 строк.

(76) Он Манджугхоша, с приятным голосом, невероятно громким, с колоссальным звучанием, неповторимым в мирах трёх уровней, голосом, достигающим конца пространства, лучшим среди тех, кто владеет голосом.

Манджугхоша – это ещё одно имя Манджушри. И Лалитаваджра, читая этот текст с именами Ямантака, Ваджрабхайрава и Манджугхоша, задаётся вопросами: «Кто такой Ваджрабхайрава? Кто такой Ямантака?» Он пытается найти текст тантры Ваджрабхайравы в Индии, но ему это не удаётся. Он занимается практикой другого тантрического учения, которое называется «Иллюзорная сеть», или «Маяджала-тантра» (rGyu-‘phrul drva-ba). Это тантра, которая была переведена в ранний период в Тибете и была в дальнейшем включена в текстуальную традицию ньингма. Он занимается этой практикой, также связанной с Манджушри, на протяжении 20 лет, и у него возникает видение Манджушри. В конечном счёте он достигает успеха, и ему является прямое воплощение Манджушри. Манджушри говорит: «Ступай в Ургьен, в Уддияну – там ты найдёшь полный набор учений Ваджрабхайравы».

Он путешествует из Наланды в северо-центральную Индию, к северу от Бодхгайи. Ему приходится проходить долину Сват на западе Пакистана. Этот путь был нелёгким.

И мне всегда казалось интересным смотреть на это описание не просто как на абстрактное описание, легенду, а как на реально происходившие события. Представьте, ему в видении было сказано: «Иди в Ургьен», и он идёт туда пешком, то есть верит тому, что ему было сказано. И в Ургьене он действительно встречает практикующую, так называемую «дакини глубокого осознавания» (ye-shes mkha’-‘gro). Её звали Ваджраветали, или Дордже Ролангма (rDo-rje ro-lang-ma) на тибетском. Это имя супруги Ваджрабхайравы. И в данном случае интересно, что именно женщина была защитницей этого учения. Женщины часто говорят, что роль женщин в истории буддизма была небольшой. Но именно на этом примере мы видим обратное. Эта дакини встретила Лалитаваджру, и с неё началось распространение этого учения – с того, что она дала Лалитаваджре посвящение в Ваджрабхайраву. Значит, это учение уже существовало в этом регионе.

Он сделал все практики – безусловно, находясь на очень высоком уровне – и за 3 месяца достиг необходимых свершений. Он спросил: «Могу ли я взять с собой эти тантры на родину, в Индию?» Она сказала нет. И добавила: «Ты можешь взять с собой только то, что запомнишь за семь дней». Очень хорошая иллюстрация того, что это особые, священные учения, которые должны оставаться в тайне. Тот, кто хочет получить учение, должен по-настоящему этого хотеть и должен быть готов приложить большие усилия. Запомнить всё это было непросто.

В данном случае от мастера Лалитаваджры потребовались большие усилия, чтобы запомнить всё за 7 дней. Он понимал, что это очень большой объём и он не сможет его так быстро выучить. Поэтому он сделал обхождения вокруг ступы и обратился к Манджушри за вдохновением. В итоге ему удалось выучить эти 3 текста. Помните, что Манджушри ассоциируется с распознаванием, разумом, ясным интеллектом, так называемой «мудростью будд». Тибетцы и индусы обращаются именно к этому воплощению для того, чтобы развить ясность сознания, превосходный интеллект. И мастер Лалитаваджра сделал то же самое.

Мы можем задаться вопросом, как это работает. Мы можем воспринимать это как обращение к Богу, когда мы говорим: «Господи, дай мне ясный ум» – появляется Манджушри, посылает нам «у-у-у!» – и у нас появляется ясный ум. Это работает не так. Пожалуйста, не нужно так думать. Когда мы о чём-то просим, важно понимать, что вообще это означает. Это не как в песне Дженис Джоплин: «О Господь, почему бы тебе не дать мне Мерседес-Бенц?» Мы направляем свой ум к Манджушри, потому что нам действительно необходима ясность сознания. Манджушри выступает объектом нашего сосредоточения: своим мечом мудрости он уничтожает наши заблуждения. В силу нашего намерения обрести ясность и понимание, наш ум становится неотделимым от его ума. Это работает не как магия или волшебство, а возникает зависимо.

Три главных текста Ваджрабхайравы

Лалитаваджра хотел взять и другие тексты, но дакини сказала, что этих трёх текстов достаточно и люди могут достичь просветления, полагаясь только на них. Эти три текста называются «Тремя кругами тантр» (rGyud-skor gsum):

  • «Сокращённые главы коренной тантры» (rTsa-rgyud rtogs-bsdus),
  • «Разъясняющая тантра в трёх главах» (bShad-rgyud rtogs-gsum),
  • «Глава о мускусной землеройке» (Til-la’i rtogs-pa, Chu-cchu-nda-ra’i rtogs-pa). Мускусная землеройка – это небольшое животное.

У меня есть информация о том, что описывается в каждой главе, и это действительно интересно – что содержится в коренных тантрах. Но уже довольно поздно. Наверное, мы тогда поговорим о них сокращённо. В главах этих трёх текстов вы найдёте очень мощные ритуалы для подчинения вредоносных существ. Если их почитать, они кажутся крайне жестокими и ужасными.

«Сокращённые главы коренной тантры» состоят из семи частей, и это выдержки из полной коренной тантры из 100 000 строф или 100 000 глав (непонятно точно, «строф» или «глав», так как сам коренной текст утерян).

  • В первой главе описывается дворец мандалы, который обнаруживается во время посвящения. Там описываются подношения, которые должны быть сделаны, и обретаемые достижения, и также даны краткие наставления по практике затворничества, во время которого можно обрести способности, необходимые, чтобы покорять препятствующие силы.
  • Во второй главе описываются ритуалы, во время которых используются исключительно мощные действия для подчинения препятствующих сил. В частности там описывается сооружение звёздочки с острыми лезвиями.

Атиша, один из мастеров последующей линии передачи, который принёс эти учения в Тибет, учился у Дхармаракшиты. Дхармаракшита составил текст «Колесо с острыми лезвиями» (Theg-pa chen-po’i blo-sbyong mtshon-cha ’khor-lo), где описывается это колесо Ямантаки и сказано: «Ямантака, бросай своё колесо». Эта фраза встречается и в сокращённой коренной тантре. В этом тексте говорится о том, что мы уничтожаем с помощью этого оружия наших врагов, то есть наш эгоизм, себялюбие, цепляние за «я» и так далее. Именно они являются нашими врагами, вредящими, препятствующими силами.

Остальные главы «Сокращённых глав коренной тантры» содержат:

3. Ритуал собирания слогов трёх мантр Ваджрабхайравы.

4. Описание того, как Ваджрабхайрава появляется из пустоты, а затем появляется Манджушри, как в садхане, и подробное описание визуализации полного одиночного Ваджрабхайравы. Там упоминается о начитывании 300 000 мантр в кратком затворе.

5. Наставления по изображению полного одиночного Ваджрабхайравы и снова подробное описание божества, а также кладбищ.

6. Наставления о том, как с помощью огненных пудж совершать различные крайне мощные действия против препятствующих существ.

7. Медитативные практики для крайне мощных действий против препятствующих существ и предупреждение, что нужно держать эти практики в тайне.

«Разъясняющая тантра в трёх главах» содержит:

1. Подробные наставления по длине деталей при рисовании боевой звёздочки для активностей по успокоению, увеличению, управлению и для силовых активностей. Затем – наставления о слогах, которые нужно разместить на боевой звёздочке; об объединении колеса глубокого осознавания с нарисованным колесом обязательства; мантры, которые повторяют при совершении различных активностей; предупреждение о несчастьях, которые произойдут, если сделать каждый из шагов неправильно.

2. Ритуалы преобразования субстанций близкой связи (самайи) в снадобье для обретения различных сил.

3. Дополнительные факторы успеха в ритуалах – полезные факторы, последовательность практик и результаты, достигаемые, когда практики выполняются успешно: (а) успокаивающая активность приносит защиту от восьми страхов; (б) увеличивающая активность приносит шесть хороших качеств; (в) управляющая активность приносит успех в достижении белой видимости, красного увеличения и чёрного близкого приближения и ясного света; (г) разделяющая активность обеспечивает поддержание секретности и избегание различных видов демонического вмешательства; (д) подчиняющая активность приносит связывание шести чувств. Текст подчёркивает необходимость: уверенности в этих практиках, отсутствия сомнений и двойственного мышления, выполнения ритуалов нераздельно с повторением мантры, опоры на духовного учителя и уверенность в нём.

«Глава о мускусной землеройке» описывает достижение различных способностей с помощью шкуры мускусной землеройки (til-la).

Секретность в тантре

В этих текстах Ямантака описывается очень подробно: сколько у него ног, рук, что он держит в руках, на чём он стоит. И там подробно описываются ужасные ритуалы уничтожения врагов – их убийство боевыми звёздочками, раздавливание и так далее. И там говорится, что это учение нужно держать в тайне. Почему? Потому что его очень легко неправильно интерпретировать, думая, что нужно идти убивать людей. Но, как я упомянул выше, речь идёт совершенно о другом. Как можно увидеть из текста «Колесо с острыми лезвиями», эти образы нужны для того, чтобы придать нам сил преодолеть наше собственное неведение, себялюбие, цепляние за «я». Именно поэтому важно получать наставления по тантре от учителя, и поэтому нужно держать их в секрете.

В Гухьясамадже своя система секретности. Я упоминал об этом, когда давал учение о Гухьясамадже. В ануттарайога-тантре, во всяком случае в её объяснении в гелуг, есть разделение на ясные тантры (gsal-rgyud) и скрытые, тайные тантры (sbas-rgyud). К примеру, ясной является Калачакра. В чём разница? В высших классах тантры есть четыре посвящения и четвёртое посвящение связано с самым высоким и конечным уровнем практики, где мы работаем с двумя истинами одновременно.

  • В ясной тантре (в Калачакре) практика четвёртого посвящения объясняется очень ясно.
  • В скрытых тантрах (во всех остальных), она не объясняется открыто, а просто говорится, что она подобна третьему посвящению. То есть объясняется по аналогии, а по сути, не объясняется.

Вот единственное различие между ясными и скрытыми тантрами. И в обратном случае мы можем неправильно это интерпретировать. Эти три основные тантры уже переведены на английский язык (Siklos, Bulcsu, The Vajrabhairava Tantras (Buddhica Britannica, Series Continua VII). Tring, U.K., The Institute of Buddhist Studies, 1996). Мы можем прочитать их, увидеть подробнейшее описание Ямантаки, как он выглядит и что он держит в руках, и задаться вопросом: «Почему же, если здесь всё так подробно описывается, они называются тайными или скрытыми?»

И если читать и изучать «Коренную тантру Гухьясамаджи» – а именно её в первую очередь изучают в тантрических колледжах традиции гелуг, – в этой тантре используется так называемый ваджрный язык (rdo-rjei tshig). Он полностью символичен. Там используются образы лотоса, ваджра, и, если не знать, к чему всё это относится, совершенно ничего не понятно. В частности, в комментариях Чандракирти смысл объясняется с точки зрения структуры шести альтернатив и четырёх способов (mtha'-drug tshul-bzhi) объяснения так называемых «ваджрных выражений».

Из объяснения Чандракирти мы можем понять различные уровни практики, он предоставляет структуру. И мы можем подумать, что именно это и означает, что тантры являются тайными. Но это не так. Смысл не в этом. Потому что, если мы думаем, что «тайный» означает систему ваджрных выражений, то будем сбиты с толку, когда увидим коренные тантры Ямантаки и Чакрасамвары: «Почему же, если здесь всё так подробно описывается, они называются тайными или скрытыми?»

Вот основное отличие ясных и скрытых тантр: объясняется ли четвёртое посвящение. Далее, так называемые скрытые тантры, где четвёртое посвящение не объясняется, могут относиться к разным системам. В гелуг выделяют отцовские тантры (pha-rgyud) и материнские тантры (ma-rgyud). В отцовских тантрах подчёркивается практика достижения иллюзорного тела (sgyu-lus) и физических тел будды – тел форм. В материнских тантрах подчёркиваются практики для достижения ясного света (‘od-gsal), обретения понимания пустотности и достижения ума будды. В обоих типах тантры есть и то, и другое, просто подчёркивается либо пустотный аспект, либо аспект метода.

Различают несколько типов отцовских тантр:

  • те, которые используют страстное желание на пути (например, Гухьясамаджа);
  • те, которые используют гнев и трансформируют его в путь (например, Ваджрабхайрава);
  • те, которые преобразуют наивность, или неосознавание, в путь. Сюда относится тантра Ваджра Арали, но я не встречал никого, кто бы её практиковал.

В «Тантре Гухьясамаджи» объясняется, как на очень высоких уровнях практики использовать энергию страстного желания для достижения тончайшего ума. Как раз в этой тантре практики различным образом скрыты с помощью ваджрных выражений. Мы можем использовать вместо слова «скрытые» слово «закодированные». Нам необходимо их раскодировать. Для этого необходим учитель.

В Ваджрабхайраве мы используем гнев, а точнее, мощную энергию гнева. То есть не сам гнев, когда мы преувеличиваем отрицательные качества какого-либо объекта, цепляемся за его истинное существование, а затем пытаемся отстранить его от нашего «я». Мы используем эту энергию для того, чтобы с силой прорваться через наше неведение, цепляние за «я», себялюбие. В тексте описывается, как мы с помощью этой энергии уничтожаем своих врагов, поэтому это тоже закодировано и со стороны кажется ужасной чёрной магией. Поэтому нужен учитель для того, чтобы объяснить нам, что речь идёт не о причинении вреда другим живым существам, пусть даже негативным живым существам, а речь идёт только о преодолении, о прорыве через наши препятствия внутри.

В высшем классе тантры есть очень продвинутые практики, которые задействуют беспокоящие эмоции. Мы должны находиться на достаточно высоком уровне для того, чтобы не попадать под власть этих эмоций. Вместо этого мы используем эти эмоции для практики внутренней йоги. Это деликатно и опасно. Существует огромный риск, что, применяя эти практики, не достигнув достаточного уровня, человек просто окажется под влиянием собственного гнева и желания и будет не в силах их использовать. Поэтому нужно быть очень и очень осторожными. Часто люди не придают большого значения тому, что тантра предназначена для продвинутых практикующих.

Последующая история учения

Итак, время идёт очень быстро, и поэтому я пойду по теме быстрее, сокращённо.

Лалитаваджра принёс это учение из Ургьена назад в Индию и передал их Лилаваджре, своему ученику в монастыре Викрамашила. Они были переданы по линии мастеров Викрамашилы, и в Индии было написано много комментариев. Как Булксу Сиклос объясняет в своей книге, линию передачи текстов тантры Ваджрабхайравы в Тибет принёс Атиша, у которого было много индийских учителей. Однако также возможно, что в Западный Тибет (в Нгари), где учил Атиша, учение Ваджрабхайравы уже было передано напрямую из Ургьена.

Атиша принёс тантрические тексты Ваджрабхайравы в Тибет. Его ученик Дромтонпа (‘Brom-ston rGyal-ba’i ‘byung-gnas) основал монастырь Радренг (Rva-sgreng rGyal-ba'i dben-gnas). Эти тексты находились в монастыре, однако не у многих людей было их понимание. Поэтому один из переводчиков, Ра Лоцава, отправился в Непал, чтобы получить учение по смыслу этих текстов. И это было очень непросто: есть длинная история того, как он отправился в Непал, получил эти наставления, перевёл их вместе с индийским мастером Баро Чагдрумом (Bha-ro Phyag-drum) и привёз их в Тибет.

Линия этих практик, линия садханы, идёт от линии Ра Лоцавы в традиции кадам (а также в традиции сакья) к Цонкапе. Цонкапа сделал эту практику основной в силу своей связи с Манджушри. У Цонкапы были видения Манджушри, и именно на них он опирался, чтобы достичь подлинного неконцептуального познания пустотности.

Затем линия передавалась в традиции гелуг и в конечном счёте достигла Четвёртого Панчен-ламы, который был учителем Четвёртого и Пятого Далай-лам. Четвёртый Далай-лама был монголом, и у Четвёртого Панчен-ламы была сильная связь с монголами. Во времена Пятого Далай-ламы он вернулся в свой монастырь Ташилхунпо (bKras-shis lhun-po), и многие монголы прибыли в Ташилхунпо, чтобы у него учиться.

Таким образом, благодаря влиянию Четвёртого Далай-ламы, практика Ямантаки пришла к монголам. Одного восточного монгола (тогрутского монгола), который учился у Четвёртого Панчен-ламы, звали Нейджи Тойн. Он был весьма фанатичным. Он вернулся в регион, где жили самые восточные монгольские народности и стал миссионером. Многие из восточных монголов к тому времени уже приняли тибетский буддизм, но Нейджи Тойн хотел обратить в тибетский тантрический буддизм школы гелуг восточных монголов, которые продолжали следовать шаманизму. В частности, он обращал в практику Ямантаки. Поскольку Ямантака очень сильный и могучий, такой же, как сами монголы, им могла понравиться эта практика. Местный хан, Тушету-хан из Корчина, решил, что это очень хорошая идея, и финансировал Нейджи Тойна. Тот подкупал людей, говоря: «Если вы запомните эту мантру или эту строфу, я дам вам корову. Если запомните эту – подарю яка, а за эту – верблюда». Так что они подкупали людей, чтобы те приняли Ямантаку. То же самое сейчас христианские миссионеры делают в Монголии, платя людям за то, чтобы они ходили в церковь.

Рядом с восточными монголами жили маньчжуры. Это регион к югу от Хабаровска. Маньчжуры собирали войска, чтобы завоевать Китай. В конечном счёте они стали династией Цин. Речь идёт о 17 веке. Ещё до того, как Монголы завоевали Китай (1644), они приняли некоторые элементы школы гелуг, когда построили Жёлтый храм в Мукдене, который был их столицей в 1636–38 гг. Но чтобы распространить свою власть на регионы восточных монголов, им нужно было связать свою власть с Ямантакой. Они провели параллель между звучанием слов «маньчжу» и «Манджушри», так что их правители в конечном счёте начали считаться эманациями Манджушри. Это подобно тому, как Авалокитешвара связан с тибетцами, а Ваджрапани – с монголами.

К тому времени уже существовала связь между маньчжурами и Далай-ламами. Там был один известный лама школы сакья, который пожаловался маньчжурскому правителю: «Неправильно подкупать людей, чтобы они практиковали тантру». Правитель не стал с этим разбираться и передал это дело Пятому Далай-ламе, чтобы он решал. И для того чтобы остановить эти неправильные действия, подкуп людей, Пятый Далай-лама велел своему представителю при маньчжурском дворе сослать миссионера в Хух-Хото, который сейчас находится на территории Внутренней Монголии. Я надеюсь, когда вы получали посвящение, вас не подкупили и не дали вам корову, чтобы вы практиковали. Шутка.

Очень интересно то, что было после этого. Маньчжуры, когда они завоевали Китай, ассоциировали себя с Ямантакой, Ваджрабхайравой и Манджушри. В Пекине они построили Запретный Город, Имперский Город и Внешний Город, и таким образом Пекин отождествлялся с мандалой Ямантаки, а эти три «города» образовывали три концентрических круга мандалы, а император был самим Ямантакой в их центре. Они построили статуи Ямантаки в пекинском храме Бэйхай, и один из основных залов храма Юнхэгун был посвящён практике Ваджрабхайравы, и в этом зале располагался портрет императора Цяньлуна в виде Манджушри-Цонкапы.

Это очень интересная и довольно странная история того, как практика Ямантаки стала популярна среди монголов и маньчжуров. Были построены большие статуи в Пекине и других частях Китая.

Наверное, достаточно истории. Мне самому кажется, что очень интересно и полезно смотреть, как эта практика распространялась в контексте религиозной истории. Это помогает понять контекст.

Пять особых качеств практики Ямантаки

И последнее, о чём я бы хотел рассказать, – это пять особых качеств практики Ваджрабхайравы, которые Манджушри раскрыл Цонкапе.

1) В этот век упадка практикующие не будут затронуты препятствующими силами. Что имеется в виду? Эти препятствия – четыре мары. Мара является воплощением препятствий в практике, и на санскрите это слово означает «смерть».

  • Мара смерти. Мы уже говорили, что эта практика предназначена для преобразования обычной смерти, чтобы нам не нужно было её переживать: мы трансформируем это переживание с помощью ума ясного света, чтобы постичь пустотность.
  • Этот уровень ума более тонкий по сравнению с тем, где находятся беспокоящие эмоции, поэтому он побеждает мару беспокоящих эмоций.
  • Если мы преобразуем ясный свет смерти в постижение пустотности, то уже не переродимся с пятью совокупностями в сансаре. Таким образом побеждается мара совокупностей.
  • Познав пустотность с помощью ума ясного света, мы повергаем так называемого «мару – отпрыска богов». Здесь подразумеваются небуддийские философские воззрения.

Если мы знаем, что означает Яма, мары и так далее, то поймём, что имеется в виду, когда здесь говорится о преодолении препятствий. Мы не будем думать, что это как ношение амулета, который нас спасает от препятствий, например красных нитей, которые приняты в буддизме.

2) Как вы помните, Ваджрабхайрава в традиции гелуг подобен контейнеру, в котором мы одновременно практикуем и Гухьясамаджу, и Чакрасамвару. У него 34 руки, и в двух из них он держит кишечник и треугольный очаг с огнём. Это символизирует две практики из Гухьясамаджи – иллюзорного тела и ясного света. Это значит, что он содержит в себе практики Гухьясамаджи.

3) Он держит посох-кхатвангу. Это символизирует, что здесь включены также учения о пустотности и блаженстве из системы Чакрасамвары.

4) Очаг также символизирует то, что в системе Ваджрабхайравы постижение пустотности ещё более сильное, то есть не только здесь содержатся практики ясного света из Гухьясамаджи, но глубокое осознавание, которое достигается в практике Ямантаки, сильнее, чем в любой другой системе. Все практики ведут к одному постижению пустотности, но мощная энергия Ваджрабхайравы делает постижение более сильным. При этом важно помнить, что постижению пустотности должна сопутствовать бодхичитта.

5) Чтобы достичь просветления, необходимо глубокое осознавание, как у Манджушри. В этой практике, таким образом, сочетается мощный образ Ваджрабхайравы на внешнем уровне, а на внутреннем уровне – Манджушри в нашем сердце. Все эти практики выполняются с Манджушри в сердце.

Таковы пять особенностей практики Ваджрабхайравы, или Ямантаки. Как я упоминал, обычно употребляют слово «Ямантака», потому что это слово легче произнести на монгольском, а эта традиция особенно сильна у монголов.

Это очень важная, полезная и эффективная практика, и на неё важно получить посвящение. В традиции гелуг это «контейнер», вместилище, в рамках которого можно заниматься всеми остальными практиками. В частности, практики защитников делают именно в рамках Ваджрабхайравы. Мы представляем себя в виде Ваджрабхайравы и приглашаем защитников в свою мандалу. Защитников сравнивают с очень злой собакой. Как говорил Серконг Ринпоче, если мы хотим защитить свой дом, мы можем сами как мощный Ваджрабхайрава стоять у двери и отгонять воров, но в этом нет необходимости. Мы можем просто завести злую собаку, которая справится с этими ворами, но нам самим нужно быть достаточно сильными, быть Ваджрабхайравой, чтобы, в свою очередь, справиться с собакой. Иначе она нас покусает.

И поэтому, если мы хотим заниматься этими продвинутыми практиками, нам нужно ясное, уверенное понимание реальности, которое символизирует Манджушри. А также нам нужно использовать эту мощную энергию Ваджрабхайравы, чтобы устранять препятствия, такие как неведение, эгоизм и другие. Поэтому Ямантака – лучшая практика. Мы очень сильны снаружи, на внешнем уровне, но внутри у нас Манджушри, то есть ясность ума, мудрость и спокойствие.

Уже очень поздно. Давайте на этом закончим посвящением положительной силы. Всё то понимание и вся та положительная сила, которая появилась в результате этого, пусть станут причиной того, чтобы все живые существа достигли просветления настолько быстро, насколько это возможно, с помощью искренней практики, например системы Ямантаки.

Как Шантидева посвящает положительную силу в 10-й главе «Вступая на путь поведения бодхисаттвы»:

(53) Когда бы я ни захотел его увидеть иль самый незначительный задать вопрос, пусть беспрепятственно узрею Манджунатху Охранителя воочию.
(54) Как трудится Манджушри ради исполненья целей всех существ с ограниченьями до самых дальних уголков пространства в направленьях десяти, пусть станет поведение моё таким же точно.
(58) Простираюсь перед Манджугхошей, чья доброта моё мышленье конструктивным сделала; и простираюсь пред учителем моим, духовным другом, в силу милости которого я смог [всё] это разъяснить.

Спасибо.