Как посвятить свою жизнь практике

Строфы с 17-й по 28-ю

Семнадцатая строфа о жизни в уединении

Да сделаю я шаг вперёд и уйду жить в удалённое место, за пределами любого города. И словно труп животного-дичи, скроюсь в уединении и буду жить без привязанностей.

Это очень похоже на то, что Шантидева говорит в восьмой главе своего текста:

(VIII.37) Так буду жить в уединении в приятных, радостных лесах, лишь с небольшими тяготами, в благополучии и счастье, все отвлеченья усмиряя.
(VIII.35) В уединении пусть остаётся это тело, без других, не заводя сердечной дружбы, не враждуя. И если мертвецом меня уже сейчас сочтут, никто не будет горевать, когда умру на самом деле.

Атиша говорит, что, если мы хотим стать лучше, сделать шаг вперёд и действительно заняться саморазвитием, лучше всего жить в спокойном, удалённом месте, за пределами любого города. Именно таково значение тибетского слова «монастырь» – тихое место за городом, где мы можем уподобиться трупу животного. Как объясняет Шантидева, если нас уже сейчас сочтут мёртвым, никто не будет горевать и устраивать сцены рядом с нами, создавая для нас препятствия, когда мы будем умирать.

Если мы скроемся в уединении и будем жить без каких бы то ни было привязанностей, то сможем практиковать правильно и это будет полезно для наших будущих жизней. Разумеется, не все на это способны. Его Святейшество часто говорит, что только небольшой процент почувствует склонность жить в уединении и посвятить свою жизнь медитации. Большинству из нас лучше остаться в обществе и помогать другим, насколько это в наших силах. Однако периодически полезно на некоторое время отправляться в затворничество – жить в спокойном месте и медитировать, писать тексты по Дхарме и заниматься другими подобными созидательными делами. Размышления о великих мастерах, которые жили или живут сейчас таким образом, сильно нас вдохновляют.

В частности, спокойная обстановка предпочтительнее для начинающих: это поможет уменьшить отвлечения. Однако не романтизируйте Индию и Непал: это не тихие места, а Страны Шума. В тибетских монастырях чрезвычайно шумно: все читают свои практики вслух. Но даже если мы оказываемся в спокойном месте, у нас, разумеется, может быть сильнейший гвалт в голове. Если снаружи спокойная обстановка, это не значит, что всё будет спокойно внутри. Тем не менее, тихая атмосфера для большинства людей полезна.

Строфа восемнадцатая о преодолении лени

Постоянство ежедневной практики

[Там] да буду я всегда устойчив [в практике] моего медитативного образа будды

Там, то есть в уединении, в спокойном, удалённом месте, – да буду я всегда устойчив в практике моего медитативного образа будды. Здесь Атиша даёт ещё один совет по поводу тантрической практики.

Он говорит: «Да буду я всегда устойчив». Чтобы достичь стабильности, нам нужна ежедневная практика медитации, какой бы она ни была. Особенно если мы очень заняты и у нас много дел, полезно выбрать практику, которую мы будем делать каждый день. Какой бы сумасшедшей ни была порой наша жизнь, у нас есть устойчивое состояние, подобное спокойному месту, куда мы можем отправиться. Это даёт нам ощущение целостности.

Работая в тантре с медитативным образом будды, йидамом, мы отказываемся от старого образа самих себя, от того, что мы отождествляемся с нашей суетной жизнью, и создаём новый образ – на основе понимания пустотности, бодхичитты и, конечно, отречения. Наш новый образ – это образ будды, например, в форме Авалокитешвары или Тары, олицетворяющих различные качества, которые мы стремимся развить.

Отправляясь в спокойное место, очень важно, по словам Шантидевы, «отстранить» своё тело и ум от всех занимающих нас дел.

(VIII.89) Обдумав пользу отстранения, [учтя] подобные аспекты и другое, тем самым беспорядочные мысли полностью смирив, я буду медитировать на бодхичитту.

В уединённое место отправляется не только наше тело. Мы также отстраняем ум от всех связей, привязанностей и так далее, а также от того образа самих себя, который у нас был в том месте, откуда мы ушли. Вот почему очень полезна практика с медитативным образом будды. Она помогает нам заменить наш сансарический образ самих себя на более «нирванический», если можно так выразиться. С ним у нас нет всех прежних плохих ассоциаций – «плохих» в том смысле, что они связаны с беспокоящими эмоциями. Образ будды олицетворяет наше будущее просветление, к которому мы стремимся с бодхичиттой.

Вспоминаем о своих недостатках, чтобы преодолеть лень

А как только появится чувство лени или тяга к развлечениям, да смогу я перечислить свои недостатки

Как я часто говорю, сансарные взлёты и падения будут продолжаться, пока мы не станем архатами. Такова природа сансары. Иногда нам будет хотеться медитировать, иногда нет. Иногда медитация будет качественной, иногда плохой. Иногда мы будем чувствовать лень и желание развлечься, например побродить по интернету. Важно просто продолжать, что бы ни происходило. Как уже было сказано выше, мы рассматриваем всё подобным иллюзии. Не преувеличивайте значимость взлётов и падений, просто продолжайте.

Чтобы справиться с ленью и тягой к развлечениям, Атиша советует перечислять свои недостатки. Другими словами, мы напоминаем себе, что лень и постоянное отвлечение – недостатки. Это препятствия, и мы хотим их преодолеть. Поэтому мы напоминаем себе о мотивации, с которой медитируем: мы хотим преодолеть лень, уныние, пристрастие к развлечениям и жалость к себе, хотим натренировать свой ум, чтобы не становиться жертвой отвлечений из-за привязанности, гнева и так далее.

Напоминая себе: «Я сижу здесь именно для этого. Я хочу медитировать именно потому, что действительно бываю ленив и не хочу делать ничего созидательного», мы подтверждаем нашу мотивацию, и это даёт нам силы продолжать. Это часть усердия: мы принимаем тот факт, что сансара будет приносить нам взлёты и падения. Мы принимаем эту трудность и не строим по этому поводу иллюзий. Мы просто продолжаем, прилагая усилия. Напомнив себе о мотивации преодолеть эти недостатки, мы переходим к следующему пункту.

Исправляем ситуацию с помощью самодисциплины

И напомнить себе о ключевых пунктах укрощения поведения.

Здесь имеется в виду этическая дисциплина, с помощью которой мы исправляем свои ошибки. Здесь говорится о том, что важно признавать свои ошибки и недостатки, когда они проявляются, и вспоминать о том, чтобы их исправить, самостоятельно. Вот что часто называют «внутренним гуру». Нам не нужно, чтобы наше поведение исправлял внешний гуру, полицейский, мамочка или папочка. Мы сами можем заметить, когда действуем не в согласии с тем, чего хотим достичь, и поступаем неконструктивно.

Тогда мы просто это исправляем. Мы также не сомневаемся по этому поводу, а просто делаем, как говорила моя мама, «не колеблясь». Как если мы хотим принять душ, но вода немного холодная. Просто сделайте это, просто залезайте под душ. Или принимайте душ, или не принимайте. Если вы решили его принять – просто сделайте это!

Строфа девятнадцатая о том, чтобы быть добрым и дружелюбным, когда мы встречаем других

Но если мне доведётся увидеть других, да смогу я говорить спокойно, мягко, искреннее, избавившись от неодобрительного и отстранённого выражения лица, всегда улыбаясь.

Опять же, это очень похоже на строфу из текста Шантидевы:

(V.71) Что ж, пусть всегда собой владеть я буду и пусть моё лицо улыбку выражает. Не стану больше хмуриться, показывать гримасы [осужденья], я буду дружелюбным со скитальцами и честным.

Даже живя и практикуя в уединении, мы, без сомнений, будем встречать людей. Общаясь с ними, важно вести себя спокойно и мягко. Если наша практика устойчива, мы будем спокойными и другие будут чувствовать себя более расслабленно.

Однако, становясь спокойнее, важно избежать жёсткости. Например, вернувшись в Америку после первых нескольких лет в Индии, я провёл некоторое время со своей сестрой. Она сказала мне: «Ты так спокоен, что меня тошнит». Я напоминал зомби: был всегда спокоен и не выражал никаких эмоций, а моя сестра – очень эмоциональный человек. Быть спокойным и мягким не означает, что на нашем лице отсутствует выражение и мы ходим подобно зомби. Важно, что выражает наше лицо, и важно отвечать, реагировать.

По этому поводу в тексте говорится, что нам нужно избавиться от неодобрительного или отстранённого выражения лица. В первую очередь речь идёт о тех выражениях лица, которые появляются от самодовольства: мы думаем, какие мы замечательные, потому что «живём духовной жизнью». Мы смотрим на других свысока, с неодобрением хмуря брови: «О, ты занимаешься бизнесом?» – или каким-нибудь другим сансарным делом. «Ты всё ещё пьёшь пиво? Ты по-прежнему пьёшь вино?» – и мы смотрим с неодобрением, тем самым принижая других.

Итак, нам всегда нужно улыбаться. Здесь не имеются в виду широкие, совершенно искусственные улыбки, которые мы видим в рекламе. Вместо этого, как говорит Атиша, нам нужно быть искренними – говорить от сердца, а не напоказ, не раздуваться от важности, не осуждать и так далее. Как часто повторяет Его Святейшество, всегда радостно встретить другого человека и общаться как человек с человеком.

В одной из частей тренировки чувствительности мы наблюдаем за своим выражением лица, замечая, когда мы хмуримся, морщим лоб или кривим рот. Заметив, что наши лицевые мышцы напряжены, мы пытаемся их расслабить. Это очень важно, потому что зачастую наше лицо само собой становится хмурым или выражает неодобрение. Это влияет на общение с другими. Мы сами не видим своё лицо, но его видят другие.

С другой стороны, наше лицо может стать слишком выразительным. Это другая крайность. Возможно, мы замечали её в других, например, когда мы что-нибудь говорим, а другой человек показывает на своём лице слишком сильную эмоцию. Это заставляет нас чувствовать себя дискомфортно: «Он расстроился по поводу моих слов даже больше, чем я сам».

Строфа двадцатая о том, как быть щедрым и не соревноваться с теми, с кем мы живём и практикуем

А когда я буду постоянно встречать других, да смогу я не быть скупым, но находить радость в щедрости, избавившись от всякой зависти.

Иногда мы живём с другими людьми – или в затворе с единомышленниками, или в иной ситуации с теми, у кого совершенно другие интересы. Когда мы постоянно их встречаем, важно не быть скупыми: «Это моё, ты не можешь этим пользоваться. Это моя еда в холодильнике. Это мой стул». Как в сказке «Три медведя»: «Это мой стул, кто-то сидел на моём стуле! Кто-то спал в моей кровати!» Это вызывает значительную неловкость и влияет на отношения с людьми, с которыми мы живём.

«Но находить радость в щедрости» – мы рады делиться с другими. Мы также избавляемся от зависти. Речь идёт о зависти к тому, что есть у других: «Я хочу пользоваться всеми твоими вещами, потому что они лучше, чем у меня». Конечно, этот совет непросто применить на практике, ведь часто встречаются люди, которые нас используют: они берут наши вещи, хотя у них есть свои, и так далее. Здесь требуется немало терпения.

Очень интересно, что с людьми, которые нам по-настоящему нравятся и с которыми мы чувствуем близость, нам хочется делиться всем, даже зубными щётками. Однако мы не хотим делиться с другими – с теми, к кому у нас нет подобного чувства. Мы даже не хотим сидеть с ними за одним столом. Поэтому способность применить это на практике во многом зависит от уравнивания нашего отношения к другим.

Если нам приходится устанавливать ограничения, мы пытаемся делать это на основе понимания, что созидательно и что разрушительно. Например, мы не даём свой компьютер маленьким детям, потому что, скорее всего, они его сломают; это касается и безответственных людей. Однако если это не будет разрушительным, важно делиться. Хотя, опять же, практиковать это совсем не просто.

«Но находить радость в щедрости» – это ключевой момент. Мы счастливы делиться. Большинству из нас знакомо это чувство, мы его испытывали. Когда мы искренне любим другого человека, то рады что-нибудь отдать. Мы счастливы, когда он или она принимает подарок и находит его полезным. Мы пытаемся распространить подобное желание делиться на тех, к кому мы не чувствуем близости. Если мы избавимся от скупости и зависти к тому, что есть у других, если мы счастливы отдавать, то будем очень дружелюбными.

С другой стороны, в том, что касается нашей практики, мы должны быть сильными и упрямыми, как бык. Если человек претендует на всё наше время и из-за этого мы не сможем выполнить ежедневную практику, нам придётся установить границы. Точно так же, если кто-нибудь хочет использовать наши чаши для подношений в качестве пепельниц, мы не позволяем, не проявляем щедрость таким образом. То есть нужно быть упрямыми в том, что касается нашей практики, и не давать другим переходить определённые границы.

Геше Нгаванг Даргье приводил тибетскую пословицу: «Не отдавай другим верёвку, продетую через кольцо в твоём носу. Держи её в своих руках». Быкам и водным буйволам в нос вставляют кольцо. В кольцо продевают верёвку, и быку приходится идти туда, куда его ведут. Изречение гласит: «Не отдавай это кольцо в чужие руки, держи его в своих, – то есть: – Будь хозяином своих поступков». С этим связана следующая строфа Атиши.

Строфа двадцать первая о терпении в отношении других

Дабы защищать ум других, да смогу я избавиться от всех разногласий и всегда сохранять терпение и терпимость.

Мы пытаемся радовать других, делать их счастливыми и не противоречить им. Вот что имеется в виду под разногласием – когда мы противоречим другим и спорим с ними. Как очень хорошо сказал Цонкапа: «Если вы соглашаетесь с другим человеком, спор прекращается». Мы просто соглашаемся: «Я с тобой согласен, я не буду спорить», и спор закончен. Опять же, всё зависит от ситуации, но в целом, особенно если человек не слушает и совершенно не восприимчив, даже если он говорит что-нибудь совершенно нелепое, мы просто соглашаемся: «Да, да». В споре нет никакой пользы.

Это возвращает нас к строфе, которая изначально идёт из «Драгоценной гирлянды» (Rin-chenphreng-ba, санскр. Ратнавали) Нагарджуны: «Прими поражение на себя и отдай победу другим». Также это одна из основных строк «Восьми строф о тренировке состояний ума» («Лоджонга в восьми строфах»).

(5) Когда другие из зависти несправедливы ко мне: ругают, оскорбляют и так далее – пусть возьму я себе поражение и отдам победу другим.

Это очень важный и полезный совет. Мы принимаем поражение: «Хорошо, я ошибаюсь, а ты прав». Какая разница? Последнее слово не должно всегда оставаться за нами. Это же имеется в виду в последней строчке предыдущей строфы.

Однако здесь тоже есть пределы. Если человек собирается сделать что-либо разрушительное, нам нужно устанавливать ограничения. Например, если он говорит: «Пойдём постреляем в кенгуру», мы не соглашаемся. Тем не менее, если кто-нибудь говорит: «Небо зелёное», а мы говорим: «Нет, оно голубое», нет смысла спорить. Какая разница? Это особенно актуально во время политических или религиозных споров, когда другой человек вообще не слушает то, что мы говорим. В чём тогда смысл? Если мы будем продолжать и продолжать, это превратится в пустую болтовню. Поэтому мы просто говорим: «Хорошо, давай сменим тему» – и всё.

Не нужно спорить, даже если нас критикуют или указывают на наши ошибки и недостатки. Мы говорим: «Спасибо, что сказали», независимо от того, верно ли сказанное. Нет смысла воспринимать это в штыки. Кроме того, зачастую критика справедлива. Особенно важно не занимать оборонительную позицию, если другой человек говорит это только для того, чтобы нас задеть, проявить агрессивность и так далее. Если мы ответим: «Спасибо, что сказали», это полностью исключает противостояние. Спор закончен.

Тем не менее, если нас обвиняют в каком-либо поступке, мы не говорим «спасибо», не проверив, правда это или нет. Очевидно, важно это проверять, использовать распознавание. Если человек говорит: «Ты взял мою ручку», хотя это не так, нам не нужно его благодарить. Тогда человек попросит её вернуть, а у нас её нет. Здесь говорится о ситуации, когда люди критикуют наши ошибки, называют нас жадными и так далее. Тогда мы говорим: «Извините и спасибо, что сказали, я буду над этим работать». Не защищайтесь.

Строфа двадцать вторая о том, как быть хорошим другом и учителем

Быть надёжным другом

Да смогу я не быть льстецом и ненадёжным в дружбе, но всегда оставаться верным.

Вот что важно в дружбе. Бывают друзья только в счастье – те, кто дружелюбен с нами, когда всё хорошо и мы находимся в благоприятных обстоятельствах, но оставляет нас, как только мы оказываемся в беде или с нами не очень приятно быть рядом. Поэтому, когда другие люди говорят гадости, совершают ошибки или причиняют нам боль, важно желать им счастья.

Тем не менее, важно также не быть льстецом, то есть не приукрашивать слишком сильно качества другого человека. Иначе получится, что мы во всём поддерживаем человека, особенно пока он ведёт себя хорошо, но исчезаем, когда он делает что-нибудь не так.

Быть ненадёжным в дружбе означает, что мы постоянно меняем друзей, бросая одних и находя других. Это напоминает новые завоевания, особенно если у отношений есть и сексуальная сторона.

Всё это говорит о том, что наши дружеские отношения неустойчивы. Или мы не уверены, что другой человек – наш друг, или мы не искренни. В этом смысле важно оставаться верным – не только в счастье, но и в беде, не только когда другой человек ведёт себя так, как нам нравится, но и когда он совершает ошибку.

Уважение к друзьям

Да перестану я обижать других и буду вести себя уважительно.

Некоторые люди дружелюбны только с теми, кто богат и обладает властью, потому что в таких отношениях можно что-нибудь выгадать. Когда же они обнаруживают, что им не удаётся получить рекомендации, деньги, возможности, секс или что угодно, то бросают этих людей. Они обижают тех, кто не приносит им выгоды, смотрят на них свысока, не хотят проявлять к ним дружелюбия.

Атиша говорит о кастовой системе – что не нужно разделять людей на касты: «Я буду дружить только с людьми моей касты», «Я буду дружелюбен только с людьми моего возраста или моего общественного положения», и так далее. Вместо этого мы намерены вести себя уважительно со всеми. Каждый мог бы стать нашим близким другом.

Что делать, когда люди просто хотят нас использовать: они просто пытаются что-либо от нас получить и уходят, когда перестают считать нас полезными? Прежде всего, если мы практикуем путь бодхисаттвы, мы счастливы, что они к нам приходят. Мы счастливы им помочь. Если они уходят – им же хуже. Это их проблема. Печально лишь то, что они больше не восприимчивы к нашей помощи.

Это особенно верно, если мы учитель. Многие западные учителя Дхармы сталкиваются с этой проблемой. Люди приходят и учатся у них какое-то время, но затем уходят и не возвращаются. Учителя расстраиваются: «Почему они больше не приходят? Что случилось? Я что-нибудь сделал не так?» В таких случаях важно думать: «Им же хуже. Учение доступно, а если они не приходят – это из-за их кармы. Если они просто хотели меня использовать, это их недостаток. Я готов им помогать независимо от того, хотят они меня использовать или нет».

Если говорить об использовании, мы даём лишь то, что уместно. Не нужно давать слишком много: это может быть вредно и для них, и для нас. Мы не позволяем им доводить себя до истощения, а ставим ограничения. Как очень хорошо сказал Рингу Тулку, нас многие могут о чём-либо просить, но мы способны выполнить лишь некоторое количество просьб. Мы пока не можем умножаться в миллионы форм одновременно, мы ещё не будды. Тем не менее, мы хотя бы стараемся дать им хоть что-нибудь, хотя бы немного, не отвергаем их полностью.

Я вспоминаю отличную строчку от Мисс Мэннерс о том, как сказать человеку, что мы не можем что-либо сделать. Мисс Мэннерс, то есть Мисс Хорошие Манеры, – королева этикета из одной американской газеты, и ей задают вопросы. В таких ситуациях она советует просто говорить: «Прошу прощения». Мы не оправдываемся, не объясняем причин, почему не можем помочь. Просто говорим: «Извините, я не смогу этого сделать». Если мы начнём объяснять, человек может начать с нами спорить, а нам придётся защищаться. Поэтому мы просто говорим: «Простите». Мисс Мэннерс – великий гуру.

Давать совет или учения с единственной мотивацией – быть полезным

Тогда, передавая руководящие наставления другим, да буду я обладать состраданием и желанием помочь.

Давая совет или учение другим (необязательно формально), мы ничего за это не берём. Мы не делаем это ради денег или славы. Также не нужно помогать из желания нравиться другому человеку или, что является ещё более грубой ошибкой, ради того чтобы другой человек от нас зависел. Если мы сможем всего этого избежать, наш совет будет намного более искренним.

Далее Атиша говорит о том, как выбрать личную практику Дхармы.

Строфа двадцать третья о том, как выбрать практику

Пусть я никогда не буду отрицать Дхарму и, намереваясь достичь того, чем я страстно восхищаюсь, да смогу прилагать усилия, чтобы днём и ночью [проходить] сквозь врата десяти действий Дхармы.

Нам важно осознать, что Будда учил множеству различных методов и практик. Поэтому мы не отрицаем ни одно из учений. Мы не говорим: «Будда этому не учил», «Это не полезно», «Практиковать это неправильно». Мы открыты ко всем учениям Дхармы, принимаем их все.

Среди всего многообразия буддийских практик мы выбираем те, которые нам подходят, которыми мы искренне восхищаемся, с которыми чувствуем связь, будь то тибетский стиль, стиль тхеравады или дзена. Или это может быть та или иная традиция тибетского буддизма – Гуру Ринпоче, Цонкапы и так далее. Не имеет значения, что мы выбрали: все традиции могут привести нас к освобождению и просветлению.

Нам нужно найти то, что лучше всего нам подходит, что мы уважаем и чем мы страстно восхищаемся. Слово «восхищение» также означает твёрдую убеждённость. Мы твёрдо убеждены, что именно это нам подходит. На нас не повлияет популярность этой практики или традиции, следуют ли ей наши друзья и так далее. Мы действительно убеждены, что это подходит нам лучше всего, и тогда посвящаем себя этому.

Десять действий Дхармы

Днём и ночью практиковать десять действий Дхармы не означает, что мы делаем все десять каждый день. «Днём и ночью» просто означает время, имеющееся в нашем распоряжении. Мы стараемся посвящать своё время определённой практике, которая нам хорошо подходит. Чем именно заниматься? Десять действий Дхармы таковы:

(1) Копировать тексты. Имеется в виду не просто копирование на ксероксе. Раньше это означало переписывать тексты, так как печатных версий не было и, чтобы текст стал доступен для большего числа людей, его нужно было переписывать от руки. Даже сейчас, когда доступны печатные тексты, мы можем их переписывать или набирать на компьютере: это поможет лучше познакомиться с их содержанием, особенно если тексты посвящены практике, которой мы интересуемся.

(2) Делать подношения Трём Драгоценностям. Это всегда полезно, и также мы можем делать подношения с мотивацией: «Пусть я смогу хорошо практиковать».

(3) Подавать бедным и больным. Это также общая практика, которую мы делаем в любом случае в рамках махаяны.

(4) Слушать учения о том, что нас искренне восхищает и в чём мы убеждены.

(5) Читать тексты с учениями о том, что вызывает у нас уважение.

(6) Серьёзно относиться к сути учений, медитируя на них. Мы медитируем, практикуя то, о чём говорится в том учении или стиле учений, который нам подходит.

(7) Объяснять учения. Если у нас есть возможность объяснять учения, делиться ими, обсуждать их с другими, кто тоже интересуется теми же наставлениями, мы это делаем.

(8) Повторять сутры. Это также очень вдохновляет – читать вслух тексты, в которых объясняются интересные нам темы, особенно если мы делаем это в группе. Это могут быть тексты пудж, восхвалений, сутр и любые другие.

(9) Размышлять о значении текстов, посвящённых интересующей нас теме, размышлять о них в течение дня, как только появляется возможность.

(10) Однонаправленно медитировать на смысл учений, стараясь по-настоящему на них сосредоточиться.

Вот как мы проводим время, когда изучаем и практикуем тот или иной тип буддийских учений, который нам интересен. При этом мы не отрицаем и не принижаем другие учения, которые давал Будда.

В этот список можно включить и многое другое: мы можем расшифровывать аудиозаписи с учений, работать с конспектами, делать наставления доступными для других и так далее. Всё это дхармические действия. Лучший способ познакомиться с учением – это привести в порядок наши записи после занятия.

Строфа двадцать четвёртая о посвящении положительной силы

Посвящение положительной силы просветлению и другим существам

Да смогу я посвящать великому, несравнимому просветлению столько созидательных действий, сколько я накопил в трёх временах, и распространить свою положительную силу на ограниченных существ.

Если мы не посвящаем свои положительные действия просветлению, то просто создаём положительную карму для улучшения нашей сансарной ситуации. Поэтому важно посвящать всё это (сделанное в прошлом, то, что мы делаем сейчас, и то, что мы сделаем в будущем) просветлению и распространению этой положительной силы на всех существ. Таким образом, мы посвящаем это не только собственному просветлению, но и просветлению всех существ.

Также мы делимся с другими нашей положительной силой. Если мы что-нибудь изучили и тем самым создали положительную силу, мы ей делимся. Например, если у нас есть связи в Индии, мы знаем, что необходимо, чтобы там учиться и так далее, то делаем эту информацию и связи доступными для других. Таким образом мы делимся положительной силой, нашим успехом, чтобы другие тоже смогли получить от этого пользу. Далее Атиша говорит о том, как создавать положительную силу.

Поднесение семичастной молитвы, чтобы создать положительную силу

Так смогу же я всегда подносить великую молитву семичастной практики.

Шантидева также подчёркивает важность семичастной практики. Она состоит из (1) простирания, (2) подношения, (3) открытого признания совершённых отрицательных поступков и применения противодействующих сил, (4) сорадования положительным качествам, (5) просьбы учений, (6) просьбы к учителям не уходить, (7) посвящения положительной силы.

Строфа двадцать пятая о достижении просветления через завершение двух сетей

Тем самым пусть смогу я завершить две сети положительной силы и глубокого осознавания, а также исчерпать два омрачения.

Благодаря семичастной практике, дальнейшей медитации, десяти дхармическим действиям и так далее, мы создаём и укрепляем две сети положительной силы и глубокого осознавания. Их также называют накоплениями заслуги и мудрости. Кроме того, мы тем самым исчерпываем два омрачения, избавляемся от них. Это эмоциональные омрачения, препятствующие освобождению, и омрачения познания, препятствующие просветлению.

Таким образом, наделив смыслом обретение человеческого тела, да смогу я достичь несравненного просветления.

Строфы двадцать шестая и двадцать седьмая о семи драгоценностях арьи

Далее, в двадцать шестой строфе Атиша говорит о семи драгоценностях, которые приводят к состоянию арьи – непосредственному познанию пустотности. Эти драгоценности упоминались ранее.

Список семи драгоценностей

Драгоценность веры в факт, драгоценность этической самодисциплины, драгоценность щедрости, драгоценность слушания, драгоценности заботы о том, как мои действия отразятся на других, и чувства собственного достоинства и драгоценность распознавания составляют семь.
Эти священные драгоценности – семь самоцветов, которые никогда не исчерпаются.

Они никогда не закончатся. Когда здесь говорится о драгоценности, важно думать не просто о драгоценном камне, а о богатстве, о чём-то ценном, что мы можем увеличивать.

Чем лучше мы понимаем учения Дхармы, тем сильнее становится наша убеждённость в истинах, о которых там говорится. Это (1) драгоценность веры в факт; укрепляясь, она становится настоящей драгоценностью.

Далее, (2) драгоценность этической самодисциплины – мы всё лучше воздерживаемся от разрушительных поступков и совершаем всё больше положительных, созидательных действий, например медитируем и помогаем других. Тем самым мы всё больше развиваем этическую дисциплину, что подобно возрастанию богатства.

(3) Драгоценность щедрости – мы отдаём другим материальные ценности, время и силы, учения и советы, защиту от страха. Последнее не просто означает, что мы спасаем утопающих: мы также гарантируем другим то, что им нечего бояться в нас. Им не нужно бояться, что мы хотим что-нибудь от них получить, или что мы их отвергнем, или будем ими пренебрегать. У нас есть беспристрастие, и мы дарим его другим. Мы также дарим им свою любовь – пожелание счастья. Мы можем развивать эту щедрость всё больше, распространяя её на всё более широкий круг людей.

(4) Драгоценность слушания. Чем больше учений мы слушаем и осваиваем (кроме слушания нам также нужно о них размышлять и медитировать), тем больше мы помним и тем большей драгоценностью становится слушание.

Далее, (5) драгоценности заботы о том, как мои действия отразятся на других, и (6) чувства собственного достоинства. Эти драгоценности – два фактора, составляющих основу этической самодисциплины. Они присутствуют при всех созидательных состояниях ума.

Во-первых, нам нужно чувство собственного достоинства. Мы уважаем себя и свою природу будды, поэтому нам не всё равно, как наше поведение отразится на нас самих: «Я настолько уважаю себя и свою природу будды, что не намерен вести себя как дурак. Я не буду поступать разрушительно». Очень часто люди, которых лишили самоуважения (что случается в региональных конфликтах по всему миру), не заботятся о своих поступках. Они становятся террористами-смертниками и так далее. У них нет самоуважения, чувства собственной ценности, поэтому они думают: «Почему бы не стать террористами-смертниками?» С другой стороны, если у нас есть чувство собственного достоинства, мы будем воздерживаться от негативных действий: «Я не буду принижать себя таким поступком».

Другой фактор – забота о том, как наши действия отразятся на других. Мы настолько уважаем своих родителей, учителей, друзей, религию, пол, страну и так далее, что думаем: «Если я поступлю плохо, что люди подумают о моей семье? Что они подумают о буддизме? Ведь, по идее, я буддийский практикующий. Что они подумают о людях из моей страны?» – и так далее. Эти два фактора, лежащие в основе этический дисциплины, могут становиться всё сильнее.

Далее, (7) драгоценность распознавания – это способность распознавать не только то, как явления существуют и как они не существуют, но и что полезно, а что вредно и разрушительно, чему имеет смысл посвящать своё время и чему – не имеет.

Таковы семь самоцветов, которые никогда не исчерпаются. Они никогда не закончатся и не могут быть украдены.

Важно держать свою практику в секрете

О них не нужно рассказывать нелюдям.

Слово «нелюди» относится к вредоносным духам, которые могут чинить препятствия. Здесь имеется в виду, что мы не должны хвастаться повсюду: «Я так много учился, у меня такая хорошая дисциплина, у меня столько веры», потому что это только навлекает препятствия. Мы уважительно храним эти драгоценности внутри, не хвастаясь. Нам необязательно носить их на шее, как ювелирные украшения, пытаясь впечатлить других. Достаточно, чтобы они были внутри.

Последняя строфа, без сомнения, самая известная в этом тексте, её очень часто цитируют.

Строфа двадцать восьмая о самом важном, когда мы с другими и когда мы одни

В присутствии других да смогу я постоянно проверять свою речь. Оставаясь один, да буду я постоянно проверять свой ум.

Это самый замечательный совет. За чем нужно наблюдать и что нужно исправлять, чтобы не допустить разрушительного поведения?

Когда мы с другими, это наша речь. Не говорим ли мы глупости? Не ранят ли наши слова чувства других людей? Не говорим ли мы неправду? Не хвастаем ли мы? Может быть, мы жалуемся? Что мы делаем? Итак, мы следим за речью. Заметив, что мы собираемся сказать что-нибудь действительно глупое, мы или говорим что-нибудь другое, или молчим.

Оставшись одни, мы следим за умом: что мы думаем и чувствуем. Мы наблюдаем не только за дискурсивным мышлением, но также за своим настроением и возникающими эмоциями. Заметив что-нибудь разрушительное и беспокоящее, мы стараемся применить противодействующие силы. Это самый лучший совет: он обобщает смысл всего пути. Опять же, это очень известная строфа, и она завершает текст.

Как практиковать эти наставления в повседневной жизни

Я думаю, поскольку этот текст не очень длинный, полезно читать его каждый день, через день и тому подобное, чтобы познакомиться со всеми этими темами. В этом случае, оказавшись в повседневной жизни в тех ситуациях, о которых говорится в строфах, мы будем помнить смысл наставлений, ведь мы много раз их читали и хорошо с ними познакомились.

Нельзя сказать, что одна тема из текста важнее другой. Все наставления показывают, как развивать бодхичитту: что полезно и, самое главное, что вредно. Осознавая, что неполезно, мы стараемся применять данный совет. Например, чувствуя одиночество и привязанность к другим людям, мы размышляем о том, что, проводя с ними много времени, мы отвлекаемся от практики и это создаёт препятствие. С другой стороны, когда вокруг нас много людей, мы думаем о том, как им помочь. Каждый из аспектов этого учения относится к определённой ситуации. И оказавшись в этой ситуации, мы сразу применяем соответствующее наставление.

Полезно читать подобные тексты каждый день, причём необязательно этот текст: мы читаем то, что кажется нам наиболее полезным. Затем в течение дня мы увидим, что в разных ситуациях актуальны разные наставления, и мы останавливаемся и обдумываем тот пункт, который соответствует текущим обстоятельствам. Вот как нужно практиковать. Это подобно начитыванию мантры на чётках: мы можем читать строфы или темы один круг на чётках. Тогда мы сможем постоянно напоминать себе о наставлениях. Я думаю, таким образом их легче всего освоить.

Затем мы с ними работаем, и здесь есть много методов. Я работаю переводчиком. Если мы переводим учения, выписываем их или делаем что-либо подобное, то вынуждены их обдумывать. Можно записывать на занятии, а затем, приходя домой, делать более упорядоченные записи. Это даст нам возможность всё обдумать, особенно если мы поразмышляем, как эти учения могут быть полезны другим людям. Однако будут они на самом деле полезны или нет – неважно. Главное, что у нас есть мотивация. Довольно трудно сидеть и размышлять во время сессии формальной практики, поддерживая интерес и внимание. Но если мы выписываем учения или переводим, это даёт нам возможность обдумать их более глубоко.

Мне кажется, что переводческая работа может быть в этом смысле исключительно полезной. Сейчас я работаю над новым переводом текста Шантидевы, используя и санскрит, и тибетский. Хотя я преподавал этот текст несколько лет назад, причём мы проходили его очень медленно и внимательно, сейчас я изучаю его заново. Я проверяю каждое слово без исключения на санскрите и тибетском, и мне стоит больших усилий решить, как лучше всего перевести, и понять, как его восприняли тибетцы, в чём различия между версиями на двух языках и так далее. Я познакомился с текстом намного лучше, и многие из строф теперь помню наизусть. Поэтому очень полезно читать какие-нибудь тексты или выдержки из них каждый день, снова и снова их повторяя: так мы будем всё лучше с ними знакомиться.

Есть много подобных приёмов. Очень хороший пример привёл Угьен Цетен Ринпоче. Читая свои практики, которые делают все тибетцы, он повторяет каждую строчку или фразу три раза подряд. Читая свои тексты практик таким образом, мы действительно будем думать над каждым пунктом. Можно проходить по текстам очень быстро, особенно если мы читаем их каждый день много лет, но опасность в том, что в этом случае мы не думаем о смысле. Но если мы читаем каждую строфу или строчку три раза и только потом переходим к следующей, у нас будет время обдумать смысл или сделать нужную визуализацию. Вот очень полезный совет от великого ламы Угьена Цетена Ринпоче, которому сейчас около девяноста лет, так что он говорит на основе своего жизненного опыта.

Это относится и к такому тексту, как наш. Если у нас есть время, можно читать каждую строчку три раза, чтобы действительно её обдумать. Если это слишком сложно, необязательно читать весь текст: можно пройти всего несколько строф. Как Шантидева говорит в первых строфах: «Я пишу это, чтобы натренировать свой ум, а если кто-нибудь ещё найдёт это полезным – что ж, хорошо». Таким образом, в практике важно не количество, а качество.

Резюме

Я по-настоящему рад, что у меня была возможность поделиться этими учениями, как их объяснял геше Нгаванг Даргье. Я получал их много лет назад, в 1973 году. К счастью, я записывал. Если вы делаете конспект, то через тридцать лет тоже сможете поделиться этим с другими людьми, с будущими поколениями. Это драгоценные учения, они очень полезны.

Top